калачиком и повернулась ко мне спиной. Она молчала. Я тоже молчал и только гладил ее волосы, плечи и бедро, потом обнял и всем телом прижался к ее спине.
Я быстро скинул с себя одежду и снова приник к телу женщины.
— Мне так еще никто не делал...
Второй раз сегодня я слышал эти слова о Кати. Неужели она девственница, осенило вдруг меня. Ведь я даже не успел ощутить ее там... Вполне возможно. Ведь своим рассказом о «наглых однокурсниках» и отсутствии в ее жизни мужчины она, по сути, намекала именно на это. Как это возможно? В наше-то растленное время? Каким же грязным похотливым стариком почувствовал я себя в эту минуту.
— Прости меня, я не должен был пользоваться твоей слабостью. Прости.
— Что ты?! Ты меня сделал счастливой сейчас и просишь за это прощения.
Катя повернулась ко мне и крепко обняла. С закрытыми глазами она губами искала поцелуя. Внутри меня боролись мораль и страсть, а побеждало либидо. Член упирался в ножки Кати, елозил своей мокрой головой по пушистому лобку. Девочка, а теперь я был почти уверен в том, что она девственна, не препятствовала, а наоборот, плотнее прижималась и даже приподнимала бедро в попытке захватить член промежностью.
— Скажи мне, у тебя было с мужчиной?
— Нет...
— Господи! Разве такое возможно в наше время?
— Как видишь... Просто я тебе доверяю почему-то...Местных тут вообще нет. Да, были отдыхающие, которые пытались ухаживать. Но как-то все это было грубо и сразу становилось понятно, что им надо... Да я хочу замуж, хочу детей рожать... а что я могу поделать, если я так, как они хотят, не могу. Я доверять должна.
— Но почему ты выбрала меня?
— Не знаю... что-то на тонком уровне. Говорю же – доверилась.
— Знаешь, я не могу быть тебе мужем... я женат и стар для тебя...
— Это ничего не значит для меня. Я сейчас просто хочу стать женщиной. С тобой хочу стать женщиной. Можешь не бояться, что я стану добиваться продолжения отношений или еще чего-то... разводить тебя, уводить из семьи. Знаешь, а я ведь догадывалась зачем ты пришел в аптеку – мужских таблеток купить да? Я же знаю это. Если мужики из пансионата приходят, значит за этим. А когда ты сказал, что просто так зашел и про цитрамон что-то стал говорить, я поняла, что ты не хотел меня обидеть что ли... что-то такое теплое почувствовала к тебе. Ты просто другой. Ты мне уже сегодня сделал так, как никто и никогда еще не делал, так доведи дело до конца. Я сегодня полностью тебе доверяю и хочу этого. Знаю, что ты не сделаешь мне больно.
После этих слов мне нечего было сказать и пытаться оправдываться возрастом и собственной развращенностью. Я нежно поцеловал Катю и ощутил соль ее слез на краешках губ. Она порывисто, какими-то толчками подставляла свои губки. Ее руки гладили спину и плечи, так же, как губы, порывисто прижимая к себе моё тело. Наши бедра вели свой танец, прижимаясь и скользя.
Как и в первый раз я переместил поцелуи на грудь, потом по животу к лобку. Он был покрыт нежным шелковистым пушком, который не знал еще эпиляции, потому что она не требовалась. Увлажнившиеся от моих выделений волосы покрывали только самый верх розовой щелки, не разрастаясь в стороны.
Мой язык опять прикоснулся к наружным губам, чем вызвал сладкий стон Кати. Теперь она была смелее и сама широко развела ножки, позволив мне на этот раз убедиться
Баньщица