револьверами, зажатыми в крепких ладонях. — Добро пожаловать в Сарканд, некогда славный город, переживающий сейчас не лучшие свои времена.
*** Смеркалось. Они прошли вглубь города, поднимаясь всё выше и выше по его кривым улочкам и, наконец, подошли к широкому одноэтажному зданию с башенками в восточном стиле по углам, не такому мрачному как весь город благодаря нескольким горящим окнам. — Заходите, гости дорогие, заходите, — приветствовала их на пороге седая киргизка, — давненько у нас не было гостей. — Приготовь нам чаю, Зухра, мы чертовски продрогли, — скомандовал Абай и женщина мгновенно исчезла из виду. Внутри место обитания руководящего состава Сарканда оказалось на удивление уютным и светлым, как бы контрастируя с его нынешними хозяевами. В здании, видимо, раньше располагался особняк местного олигарха. Дорогая мебель, высокие потолки, мягкие персидские ковры наполняли просторный зал теплом и уютом. О запустении напоминал лишь пустой бассейн и не менее пустые плетёные кадки из под цветов.
Все расположились в центре просторного зала на мягком ковре кругом, лицом друг к другу. Зухра принесла ароматный чёрный чай с сахаром. Сделав глоток из чашки и довольно крякнув, Абай заговорил: — Куда путь держите, странники, и надолго ли вы задержитесь у нас в гостях? — У вас ненадолго, — Сили старалась придать своему тоненькому голоску важности, — а держим мы путь в столицу вашей славной державы, блистательный Урумчи. — И чем же ваш отряд планирует там заняться? — Поступить на службу солнцеподобному сатрапу Бахтияру, и служить ему долго и преданно! Абай поставил полупустую чашку на журнальный столик позади себя, сложил руки на груди и прикрыл глаза. Лицо его выражало глубокую задумчивость. Наконец, он открыл глаза, внимательно посмотрел на Сили и громко засмеялся.
Квинт не выдержал и вскочил с криком: — Что всё это значит?! Тут же Абай прекратил смеяться, а на Квинта уже смотрела его двустволка. — Не забывай что ты в гостях, Квинт, и веди себя подобающе. Квинт присел и задал свой вопрос уже в полголоса: — Что случилось, Абай? — Что случилось? — Абай пожал плечами, — Случилось то, что мне надоело разыгрывать этот дурацкий спектакль. — В каком смысле, спектакль?! — Сили едва не перешла на визг.
— В таком, что я понимаю зачем вам нужно в Урумчи. — И зачем же? — снова вмешался Квинт. — Ты торговец живым товаром, сутенёр, везёшь свежих, элитных, княжеских шлюх на потеху какому-нибудь богатому баю из столицы, но что-то пошло не так, ты попал в эту забытую богом дыру и вынужден просить нас о помощи. Зачем тебе надо было выдавать эту мелкую блядь за командира я не знаю, — он поглядел на Сили тем самым взглядом, не оставлявшим ни малейших сомнений в его поскудных намерениях, — она же просто мелкая глупая шлюха. Верно, девочка? Квинт было вскочил снова, но Сили остановила его условным сигналом. — Да, вы правы, господин Абай, мы всего лишь глупые шлюхи, а это наш временный владелец, везущий нас на встречу с истинным хозяином. Вы просто блестяще перехитрили нас! Мы-то думали что встретим тут деревенских дурачков, а народ здесь оказался весьма прозорливым.
Абай широко заулыбался, ощерив гнилые зубы, посмотрел на своих помощников и радостно хлопнул в ладони: — Вот видите, видите, я опять всех наебал! Не зря я здесь главный! ГО-ЛО-ВА! А вы только шмалять налево и направо можете, идиоты! — Я не идиот, — пробурчал под нос Ильяс. — Ну-ну, не дуйся, сынок, — Абай потряс его за плечо, — тем более что батя приготовил тебе приятный сюрприз, — он снова обратился к Квинту, — не будем тянуть кота за яйца. Вот наши условия: мы
Отдых на даче.