Ася подняла правую руку и в воздухе покрутила кистью с блестящим на солнце кольцом, после чего продолжила:
— Вить, я тебе уже говорила, что больше этого не будет.
— А если хочется?
— Это твоя проблема, скажи спасибо, что и раньше давала.
— Спасибо, - буркнул Виктор.
Крыть тут нечем, до замужества Ася великодушно позволяла ему время от времени сбросить пар, и каждый раз это подавалось с неизменным выражением самоотверженного великодушия. Витя не сомневался, сама она тоже получала удовольствие и не будь его, скорее всего, искала бы случая утолить голод на стороне. Это был секс по дружбе и взаимной выгоде, по крайней мере, именно так его трактовала Ася для собственного успокоения.
— С мужем как? Хватает в постели?
— Хватает, - с напускной горделивостью ответила женщина.
— Каждый день, небось, трахаетесь?
— Не твое дело!
Ася вернула руки под голову и ее раскачивающаяся русая пальмочка на затылке заволновалась. Хотелось спрятать лицо - вопрос о ее новой интимной жизни больно кольнул самолюбие. Теперь еженедельные трехминутки в супружеской постели вынуждали догоняться самой - приходилось запираться в душе и пускать шумный водопад, чтобы не обидеть супруга. В момент, когда муж уже разгружался семенем, Ася только успевала достичь вершины возбуждения и вместо того, чтобы наслаждаться, делала довольное лицо и на скорую руку под душем натирала зудящую промежность. Не совсем равноценная замена былым непристойным встречам с Витькой.
— Ась, ты обиделась, что ли? Не обижайся, я же не со зла.
— Не обиделась. Ты сам-то сейчас встречаешься с кем-нибудь?
Женщина повернула голову и дружелюбно улыбнулась приятелю, инстинктивно она захотела выглядеть более сложной натурой, не склонной к обидчивости по пустякам.
— Нет, один как всегда.
— Бедненький, - с издевкой поддела Ася, - никто не дает, наверно.
— Никто.
— После меня трахался с кем-нибудь?
— Нет.
Ася присвистнула - почти полгода без женщины. Солнце и свежий речной воздух - не плохие союзники искушения; неутоленный голод, пикантный разговор и ощутимая нагота делали свое дело.
— Вить, намажь еще крема, припекает.
С этими словами она перевернулась, подставив солнышку и взгляду бывшего любовника свое тело и обнаженную грудь. На распаленной коже отпечаталось плетение покрывала, голубые трусики просочили влажное пятно, а груди слегка расплылись над выпирающими ребрами. Ася нащупала сбоку припасенные крышечки от бутылок и расставила их на сосках, ладонью накрыла от солнца глаза и глубоко вздохнула. Вся ее кожа ждала чувственных прикосновений прохладного крема. И старый товарищ не подвел, он выдавил на ладонь белую массу, размазал на руках и приложил их к животу.
— Не больно?
— Нет, продолжай. Посмотри, мой рыбачит?
Витя с охотой выполнил просьбу, как на пружине он подскочил, выглянул над растительностью в сторону лагеря и вернулся к работе.
— Сидит, - заверил он Асю, - там вообще тишина.
— Ну и хорошо.
Мужские руки надавили на плоский живот и кожа эластично продавилась, не теряя темпа, Витя с нажимом провел выше и пока имел высшее дозволение, обвел ладонями сочные груди. Некогда вздернутые, со временем они оттянулись под собственным весом и ореолы сосков заметно вытянули форму, большие светло-коричневые они стали почти овальными, только бутончики под защитными колпачками неизменно уплотнялись при малейшем поводе. Не злоупотребляя благосклонностью, мужчина с тем же усердием размазал крем по женским рукам и снова выдавил из тюбика. Ася от удовольствия приоткрыла рот и ее дыхание сделалось сбивчивым.
— Ноги еще осталось.
— Скажи честно, у тебя сейчас встал?
— Какая тебе разница?
— Да, просто.
Мужские руки прижались к объемистым, крепким бедрам, сначала растопыренные пальцы пошли вверх, слегка
Се ля ви- 2