— Об этом я подумала не больше, чем подумала о роли, которую будет играть наш папа. Время от времени его будут вызывать, чтобы он представляся вам обоим.
— О! О, нет, Астрид! Нет!
— Успокойся, дитя мое! Разве ты еще не ребенок по сравнению со мной? Теперь тебя надо будет накачивать чаще, чем ты думаешь. Его член и так уже сильно напрягся при виде твоей обнаженной попки. Или ты предпочла бы, чтобы я отправила его к леди Смитерс?
— О, нет! Это все испортило бы! Мы действительно оказались бы уничтожены!
— В таком случае никакие жертвы не будут напрасны. Через некоторое время ты больше не будешь считать это таковым, и начнешь принимать приветствие его члена с такой же готовностью, как и любое другое. Наше наследство не должно быть поставлено под угрозу. Кто теперь тобой командует?
— Да будет так! И если в будущем у тебя возникнут сомнения, я вытрясу их из твоей задницы, ты хорошо меня знаешь. Ты хорошо меня услышала, не так ли?
— Да, Астрид...
— Полагаю, что ты начала лучше приспосабливаться к моим желаниям, хотя ты все еще новичок. Ложись на спину, дорогая, и широко раздвинь бедра. Вот так... Хорошо... Дай мне свой язык. Теперь забудь, что мы сестры! Сейчас мы всего лишь две женщины в муках желания. Ах, как подрагивает твой живот, когда я дразню твой клитор! Ты должна научиться больше контролировать себя. Убери свой язык. Лежи спокойно, не дергай так попкой. Ах ты, похотливая девчонка... успокойся же!
— О, оооо! Твой п... п... палец... он меня так возбуждает! Он заставляет меня кончать!
— Тише, тише! Теперь должна быть тишина. Это лишь один из многих уроков, которые тебе предстоит усвоить, Патрисия. Мужчина не должен всегда видеть тебя в таком состоянии вожделения. Твое восприятие его члена должно быть холодным и требовательным, но все же случайными легкими движениями своей попки ты молча выскажишь свое согласие и покажешь, что тебе нужно. Теперь раздвинь ноги еще шире и выпрями их. Двигай попочкой, но очень медленно и плавно. Не шевели губами. Ах ты, маленький дьяволенок, ты снова дернулась своей киской к моему пальцу. Втяни свои чувства внутрь себя и держи их там. Ну же, постарайся, дорогая. Неужели ты не постараешься?
— Д... д... да, я... п... попробую. О, это трудно — я так хочу извиваться. Это кажется странным...
— Действительно, поначалу это кажется странным, но все же ты будешь черпать из этого силу, зная, что самец подчиняется требованиям и желаниям твоей киски. Сейчас я войду своим указательным пальцем. Используй свои мышцы, напирай на него посильнее.
— Аааааххххх! Оооо, Астр... р... р... рид, я кончаюююю!
— Тише! Ты не должна так говорить. Сдерживай себя. Позволь удовольствию просто волнами проходить через свое тело. Тогда все окажется в твоем распоряжении. А отдайся ты мужчине, — и все будет потеряно. Он будет использовать твое горячее, влажное гнездышко просто как святилище блаженства, в которое можно излить свою сперму. После этого ты станешь для него всего лишь прислугой. Тогда я бы только и делала, что презирала тебя за это...
С шипением выдыхая воздух через нос, и сжав губы, Патрисия пролила свои страстные любовные соки на тот самый палец, который так ее соблазнял. Ее глаза закатились, шея изогнулась, когда Астрид погладила ее влажный лоб.
— Итак, ты старалась, любовь моя, и старалась хорошо. Через мгновение я заставлю тебя кончить снова, и тогда тебе станет лучше. Разве ты не понимаешь, к
мои друг паша ч.2