лестнице. Мне не хотелось, чтобы она поняла, что я слежу за ней, поэтому я метнулся вверх по лестнице и забежал в ванную. Схватив полотенце, я начал вытирать лицо, и в таком виде вышел из ванной, как раз в тот момент, когда Яна поднялась на 2-й этаж. Я с удивленным видом посмотрел на нее.
— Ты откуда это...?
— Да, мама переложила белье из шкафа в комод, и Денис его не смог найти.
—.. . в таком виде?
Яна взглянула на себя сверху вниз и тоже сделала удивленное лицо.
— Да, действительно что-то я...
Я молча смотрел на нее.
— Ну прости, что-то я расслабилась, привыкла по даче ходить в таком виде...
— И что ты там делала?
— Я же тебе сказала: искала белье!
— Нашла?
— Да...
— Где?
— Что за допрос?! Ты что ревнуешь меня что ли?
— Ну знаешь, если жена заходит к чужому мужику в маечке на голое тело, то странно было бы ее не приревновать! Так где нашла?
— В комоде.
— В каком ящике?
— Во втором?
— Сверху или снизу?
— Снизу, сверху там какое-то барахло было...
— То есть ты стояла перед Денисом в этой ночнушке, нагнувшись, чтобы достать белье из нижнего ящика?
Да не нагибалась я, я присела и...
— То есть, ты понимала, что стоишь перед ним в короткой ночнушке, под которой у тебя ничего нет?
— Да, понимала! Ну и что?
— Как это что?! Минуту назад ты говорила, что только после того, как я тебя спросил, ты поняла в каком виде перед ним предстала!
— Ну, прости! На самом деле я это поняла, когда вошла к нему и увидела его обалдевший взгляд. Но в этот момент как-то по-дурацки было бы закрывать всякие места и бежать одеваться. Я бы выглядела полной дурой!
Я завел правую руку ей за спину, привлек ее к себе и впился поцелуем ей в губы. Я не мог не нее долго сердиться. Левая же рука спустилась вниз, легла на внутреннюю поверхность ее бедра и начала двигаться вверх, пока не достигла ее киски. Мои пальцы легко проникли внутрь ее, она была обильно заполнена смазкой. Яна издала глухой стон.
— Чего это ты так быстро замокрела? Ты уже у него в комнате стала возбуждаться?
— Да! – выдохнула она.
Мы иногда играли с Яной в «плохую девочку», то есть обсуждали ее мысли о возможных изменах мне. Яну это заводило также как и меня, но в какой-то момент она стала сопротивляться участию в подобных играх, объясняя это тем, что, занимаясь сексом со мной и в тот же момент времени фантазируя о сексе с другими мужчинами и возбуждаясь от этого, она чувствовала себя шлюхой. Так что с определенного времени такие игры у нас проходили только при наличии определенной «смазки моральных тормозов» в виде алкоголя. Сегодня был видимо такой день.
— Тебе было приятно, что он смотрит на тебя?
— Да, приятно.
Пальцы моей левой руки уже вовсю массировали ее половые губы, так что отвечала она мне с задержкой, на выдохе между сладким постаныванием.
— А ты хотела бы его подразнить? Показать ему себя?
— Да, хотела бы!
Здесь я не выдержал, развернул ее и толкнул на кровать, а затем стащив с себя шорты вместе с трусами, приподнял ее за таз и вошел в нее сзади, резко, сразу на всю длину вставшего члена. Яна вскрикнула и продолжала вскрикивать каждый раз, когда я с размаха вбивал в нее свой член. Взяв темп, я продолжил допрос.
— А ты уже думала о его члене? Тебе хочется его увидеть?
Вскрики Яны стали громче, все что она смогла ответить, было
первый раз в попу