возразил адвокат. – Михаил, вам знакомо изречение: «Наказание человека в нем самом»?
– Нет, не доводилось слышать. А что?
– Порой сама жизнь превращается для человека наказанием свыше. И расплата в таком случае будет более жестокой, чем отсидка на зоне или в тюремной камере. Переживая трагедию с дочерью, мужчина замкнулся. И такое заторможенное состояние едва не привело к трагедии. По вине Эдгарда едва не пострадал пациент. Новая администрация церемониться с мужчиной не стала и уволила его, что называется «по собственному желанию». ..
И это он еще мягко отделался. Но самый жестокий удар ожидал Эдгарда во время визита к дочери....
***
Набросив на плечи белый халат, Эдгард в сопровождении врача переступил порог больничной палаты. Взглядом нашел Карину. Она лежала на кровати лицом к стене.
«Доченька, это папа...» – попытался сказать мужчина, но голос отказался слушаться.
После нескольких безуспешных попыток Эдгард наконец произнес имя дочери, но девушка все равно никак на это не отреагировала.
– Я вас предупреждал, – негромко произнес врач, когда мужчина с отчаянием в глазах посмотрел на него.
– Карина... – Эдгард вновь произнес имя дочери и приблизился к ее кровати.
Присел с краю, положил ладонь на плечо девушки. Чуть помедлив, он все же повернул ее лицом к себе.
Карина легла на спину. Но непослушные локоны скрывали лицо девушки.
Мужчина протянул руку и сдвинул волосы в сторону.
В следующее мгновение он отдернул руку, как если бы дотронулся до раскаленного докрасна железа. А сам испугано отпрянул в сторону. Липкими щупальцами страх начал оплетать его сознание. Перед ним лежала бледная восковая кукла, изуродованная свежими шрамами, не иначе. Вместо лица с утонченными чертами – лоскутное одеяло. Это существо не могло быть его дочерью.
Эдгард ощутил, как под пустым и бессмысленным взглядом стеклянных глаз осколки его души покрываются льдом...
«Господи, Карина, что ты с собой сделала? Нет, что я с тобой сделал?» – с запоздалым сожалением подумал мужчина.
На душе стало невыносимо. Оставив за спиной казенные стены клиники, он осознал, что лишился не только Карины, но в ее лице и Марины.
Дочь сдержала обещание...
Мужчина возвращался домой в подавленном состоянии. Он словно повторно потерял жену. Во всяком случае, боль ее утраты проснулась с новой силой...
Квартира встретила хозяина опечатанной дверью. А на лестничной клетке все еще ощущался легкий запах гари.
Эдгард взялся за дверную ручку, но замер в нерешительности. Наконец решив, что он готов к тому, что ожидает его по ту сторону, распахнул дверь...
Мужчина смотрел и не верил своим глазам. Стены и потолок покрывал слой копоти и гари. Под ногами хрустел обуглившийся паркет. Язвами на израненном теле смотрелись места, в которых он прогорел до бетонного перекрытия.
В полумраке изменились и сами очертания комнат. Искореженные, почерневшие, изуродованные огнем они походили на жертву не до конца доведенной кремации.
Обгоревший, местами обуглившийся пластик, крошка из разбитого стекла, металлические детали мебели и бытовой техники многоголосым стоном отзывались на каждый шаг, эхом отражаясь от пустых стен.
Осматривая некогда уютное семейное гнездышко, Эдгард не выдержал и пустил слезу. Пламя пожара уничтожило все, что было дорого ему. Ничего не пощадило...
Сгорел и его секретный архив...
Эдгард покинул квартиру в удрученном состоянии. Шаг за шагом спустился по лестнице. Вышел на улицу и там застыл, потрясенный не самым приятным открытием. Он настолько привык видеть Марину в Карине, что не смог вспомнить истинный облик жены. А все семейные фотографии уничтожил пожар...
Предоставленный сам себе мужчина бесцельно шагал по улицам города. Погруженный в свои мысли он шел туда, куда несли ноги.
Дома, прохожие и автомобили размытыми цветными пятнами мелькали перед глазами. Солнце достигло своего пика и теперь медленно склонялось к горизонту.
95-65-98