Марина, кажется, поняла, что я боюсь её чем-то шокировать. Она поставила чашку на стол и с подозрением посмотрела на меня. Я не могла больше сдерживаться:
– Мариночка, милая, я видела тебя с Туманом!
Лицо её начало краснеть.
– Ты… подглядывала?!
– Нет-нет! Гошка показывал мне танк… А тут ты!
– Он тоже видел?!
– Нет, я была в командирской башенке! А он внизу, на месте… механика-водителя.
– Но танка же не видно… Он ведь за виноградом?
– Да… там есть перископ! В следующий раз посмотри, нет ли кого в танке…
Марина закрыла лицо ладонями.
– Марина, ты ведь не делала ничего плохого…
– Заткнись!
Мы посидели молча. Марина вдруг посмотрела на меня поверх ладоней.
– Так что ты видела?
– Всё… От начала до конца…
– А почему ты мне не кричала? Когда я пришла?!
– …Потому, что Гошка лизал мне… ну, между ног…
Я закрыла от ужаса глаза.
– Что?! Гошка лизал твою п…ду?!
– Да! Что я могла сделать?! Прекрати, Гоша, пойдём лучше посмотрим, чем занимается твоя мама?!
– А зачем ты вообще сняла перед ним трусы?!
– Да я без трусов! Вышла из ванной, – затараторила я, – напекла блинов, думала, передам через калитку, а у Гошки руки в смазке, пришлось зайти, потом пошли смотреть танк, а там темно, и вдруг вы с Туманом…
Глаза Марины расширились от моего словесного фонтана. Она помолчала. И вдруг хриплым голосом приказала:
– Покажи!
Я поняла, что ей нужна хотя бы маленькая победа, чтобы в эти минуты потрясений ощутить какую-то уверенность. И медленно прислонилась спиной к стене веранды, поставив босые ступни на скамью по бокам. Марина вперилась взглядом в мою киску, едва не перегнувшись через стол.
– Да, – саркастически сказала она, – такую… голую и я бы полизала.
Я испуганно опустила ноги на пол.
– Да шучу, шучу, – усмехнулась Марина. – Так значит, ты, блюдя мою честь, мужественно терпела, как тебя насилуют языком!
Я с облегчением улыбнулась в ответ, подумав было, что вроде бы шторм утихает…
– Ну, не так, чтобы терпела…
Мы обе засмеялись, избегая взглядов друг друга…
– А ты не могла бы продолжить с Гошкой? – спокойным тоном вдруг спросила Марина.
– Продолжить что?
– Ну, его… сексуальное воспитание?
– Ты хочешь, чтобы я с ним… трахалась? Ты что, дура?! Он же твой ребёнок! И мне в сыновья годится… почти!
Марина обиженно сдвинула брови.
– А порнуху качать – ребёнок?! А в ванной по два часа сидеть – ребёнок?! А взрослым бабам п…ды лизать?!... Да я до трясучки боюсь, что он притащит домой девчонку какую-нибудь беременную, как меня когда-то, шестнадцатилетнюю! На сколько ставок мне тогда работать?!
Марина требовательно посмотрела на меня, как будто это я виновата во всех её предстоящих бедах. Потом опомнилась, и взгляд её стал просительным.
– Ну Свет… Ты бы его гигиене научила, предохраняться как… И ответственности. И чтоб никакого насилия и унижения к женщине – сразу по морде! А то дашь один раз волю, а он превращается в… садиста. А вроде как цветы дарил…
– Да, – машинально подхватила я. – А не станешь ему подставлять, что он хочет, так пойдёт искать себе какую-нибудь шалаву… Вроде, как и не клялся в верности… Да ещё и наградит чем-нибудь…
Мы смотрели друг на друга с жалостью, погружённые в воспоминания, каждые по-своему болезненные...
– Хотя Гошка, кажется, не такой, – задумчиво сказала Марина. – Насмотрелся в детстве…
Я молча кивнула. Думала… Ну, допустим, я откажусь. Могу ли я потерять хорошую соседку? Практически подругу… Надёжных друзей для своего сына? Тех, кто смог научить его держать в руках молоток! Перед глазами встали укоризненные лица Марины,
русская герл