Элли оглянулась, с недоумением оглядываясь на нас. Не хотелось и ей показывать свою слабость.
— Немного потерпи, - проворчал я, и наклонился к спине партнёрши. – Расслабься, глубоко дыши.
Одной рукой я подхватил раскачивающуюся грудь, зажав пальцами крепкий сосок, вторую подвёл за бедро, нащупав выпирающий лобок. Девушка немного успокоилась, и сила сжатия заметно ослабла. Я потянул тело Нины на себя, и она надвинулась чуть глубже, потом ослабил хватку, и она чуть сползла. Сообразительная девочка. Повторив такое пару раз, я попробовал двинуться сам, и снова был зажат мёртвой хваткой. Хм-м-м… В этом есть какая-то извращённая прелесть... если быть к такому готовым. Кажется, сам член решил, что подобные манипуляции не являются сексом, и потерял к происходящему интерес.
— Ой, как здорово! – разницу Нина тут же ощутила. – Так, гораздо лучше. Папочка, что ты сделал?
— Это, специальный режим для девственниц. Пенис-суперслим, называется. Теперь, надо уделить внимание, твоей мамочке…
С трудом покинув неприступную попку, я вновь вернулся в… О-о-о! Совсем другое дело! Анус Эльвиры был великолепно разработан, сфинктер не сжимался от каждого моего движения. Я с наслаждением засаживал в упругое отверстие, не сдерживая себя. Если бы не костлявые ягодицы, упиравшиеся в живот, если бы не узкие бёдра, создававшие впечатление, что я трахаю парня… Хорошо хоть, плоская грудь в такой позе не видна.
Пока я наслаждался, Марина решила помочь Нине. Она вставила в пустующий анус свой палец, пошевелила им, и начала вводить второй. Девушка шипела, сопела, но стойко переносила суровые ласки.
— Не сжимай так очко, - прикрикнула Марина. – Расслабься! Ты сама делаешь себе больно, когда его сжимаешь.
— Я не могу. Оно, само…
— Правильно, потому что это отверстие для выхода. Хочешь использовать его для входа, привыкай. Если захочешь великолепно сосать, придётся бороться с рвотным рефлексом. Ты думала, доставлять мужчине удовольствие, это так легко? Игорь, можешь ещё попробовать. Эльвира, ты не обидишься, если он кончит в дочку?
Эльвира ритмично раскачивалась, закинув голову, искренне наслаждаясь процессом, и просто кивнула в ответ. Я тяжело вздохнул, и вновь перешёл к Нине. Теперь, член пошёл гораздо легче и намного приятней. Всё ещё очень туго, но без ощущения, что его собираются откусить. Элли развернулась, приобняла дочь за талию и начала мягко поглаживать ягодицы.
— Успокойся милая. Расслабься, мамочка с тобой… Какая у тебя красивая попочка… Ты же хочешь порадовать папу, своей попочкой?
— Хочу… Мам, там всё нормально? Мне кажется… кажется, это не так ужасно…
Мне, это тоже начинало нравиться. Очень сильные ощущения, но без той экстремальности, с которой всё начиналось. Марина склонилась над Ниной. Две женские головы, перекрывали весь обзор, но я решил не возражать.
— Она так хорошо растянулась. Эльвира, тебя не смущает… что ты… ты так близка со своей дочерью…
— Может, это и неправильно… Это гораздо лучше того, что было со мной. Нина, сейчас папа захочет кончить, он может двигаться немного сильнее. Ты готова?
— О-о-ох! Не знаю. Я уже не уверена.
— Не волнуйтесь. У меня и так, всё получится, - конечно же, мне хотелось засадить сильнее, но плотно сжатому члену и этого оказалось достаточно.
В отличии от вчерашнего невнятного вытекания, сейчас всё прошло великолепно. Тёплая волна прокатилась по телу и тугим потоком излилась в девушку. Едва я извлёк член, сфинктер почти моментально сжался, запечатав порцию спермы внутри.
— Шикарно! – выдохнула Марина. – Девочки, когда я дам мужу в попку, вы тоже можете посмотреть.
— Папочка, тебе понравилось? – спросила Нина, умоляющим голосом. – Я так старалась, но там оказывается, как-то само всё происходит.
Пленница по собственному желанию.