— Да не бойся. Вот смотри, не кусается, - раздалось шуршание отодвигаемой простыни и испуганный всхлип девушки.
— Не надо, пожалуйста.
— Надо. Чтобы в другой раз не боялась.
— Спрячьте, пожалуйста, сейчас Меелик зайдет.
— Сама спрячь его. Или дверь на защелку закрой да рассмотри хорошенько.
Девушка, наверное, попыталась накинуть простыню, но Федор остановил ее.
— Да не так. Ручкой возьми да в трусы спрячь.
С пол минуты девушка колебалась, подбадриваемая Федором. От меня не было видно, что происходит под моей полкой, но судя по шепоту все же решилась упаковать член в трусы Федора.
— Видишь, не страшно совсем. Погодь, погодь.... Видишь запотел бедняга, а ты его сразу в темницу. Протри его сначала. Вон водка осталась. На полотенце плесни да оботри. Да чего ж ты так-то. Инструмент нежный, аккуратнее с ним. И салфеточки у тебя наготове? Вот хорошая девонька. Вот так ручкой сделай, залупу оголи. Молодец, тут тоже оботри всё. Ну давай ещё яйки напоследок. Ну вот видишь какой красавец стал. Хоть в пизду, хоть в красную армию. Не страшный ведь?
— Нет.
— Поцелуй его тогда.
— Нет. Сейчас Меелик зайдет.
— Мужа боишься? А если он разрешит возьмешь у меня в ротик?
— Нет. Он не разрешит.
— А если разрешит, дашь мне твои красивые сисечки поцеловать?
— Он любит меня. Он ни за что не согласится.
— А если сам скажет, позволишь мне натянуть свою девочку на себя?
— Ну, пожалуйста, спрячьте.
— Скажи, «Да», спрячу. Чувствуешь какой твердый и бугристый ствол. Это чтобы губки твои шибче тереть. Я жеж так сладко тебе присуну, оторваться не сможешь.
— Не надо. Пожалуйста.
— Потрогай залупу. Видишь какая нежная и мягкая. Это когда тебе до матки достану, чтобы не больно было, а приятно. Это самое сладкое, когда хуй матку щекочет. Разрешишь, если муж позволит?
— Ну, Федор! Пожалуйста! Сейчас Меелек увидит, - Хелена слегка всхлипнула.
— А вот здесь видишь толще становится. Дай руку, потрогай. Это когда я тебя раком поставлю, чтобы твои губки раскрыть и яйцами по твоей горошине хлопать. Муж так не отъебет, как я. Я тебя с оттягом, да прямо в маточку долбить буду. Ты только скажи, что согласна.
— А если скажу отпустите?
— Да кто ж тебя держит, девонька? Ты ж сама за него ухватилась. Давай говори, чего хотела сказать?
— Я соглашусь, на то, о чем вы сейчас говорили, но только если муж сам скажет, что разрешает, - сказала девушка чуть слышно.
— Ну вот и ладненько. Прячь красна молодца. Да не забудь, что сказала. Страсть, как не люблю, если обманывают.
Полка натужно заскрипела. Федор грузно встал, оделся и вышел из купе. Сразу же зашел Меелик. Скорее всего стоял под дверью, не решаясь войти.
— Сделала ему? – спросил эстонец у жены.
Девушка испуганно напряглась, задумавшись, что ответить.
— Он хотел, чтобы ты ему массаж на шее сделала. У него голова болит, - добавил он.
— А, да, чуть-чуть, - ответила девушка расслабившись.
Я ещё минут пять делал вид, что сплю, но, когда они чем-то громыхнули, тоже начал вставать.
На столе уже стояла запотевшая бутылка водки.
— Ой, молодец, Мелис! Давай разливай по капельке. Похмелимся, а то вчера хорошо посидели, душевно, - увидел бутылку Федор, заходя в купе.
Он был чисто выбрит и даже пах каким-то одеколоном.
Меелик хотел было налить водки только Федору и мне, лепеча, что они нормально себя чувствуют и опохмел им не нужен. Но Федор твердо сказал, что напиваться никого не заставляет, а похмелиться нужно обязательно. Меелик стушевался, Хелена тоже выглядела растерянной и промолчала. Выпили все.
Не люблю усатых