исключениях, например, если отец особенно неприятен, даже предполагал, что он может иметь в виду Ронни, но, по правде говоря, я хочу, чтобы София встретилась лицом к лицу с Ронни. Она может это сделать.
Мы добираемся до трейлера Ронни и подходим к двери. Она открывается прежде, чем мы успеваем подняться по лестнице. Ронни стоит там в расстегнутой рубашке, почти до пушечного ядра на животе. На нем шорты-карго, военные ботинки, в руках пиво.
— Так-так, вот и она, — говорит он. — Ты зайдешь, Тай? Хочешь посмотреть?
— Мне нужно убедиться, что все довольны, — говорю я.
— Ну, ты как инспектор FDA. Проверяешь мясо. — Он шлепает и сжимает задницу Софии, когда она проходит мимо него в трейлер. — Могу я предложить тебе что-нибудь выпить, милая? Я могу добавить немного водки в смесь соков, если твой папа разрешит.
Я киваю, а Ронни идет на кухню трейлера и наливает несколько рюмок водки в большой стакан вместе с красным соком, который, несомненно, был получен из порошка. София делает большой глоток и морщится от крепкого алкоголя.
— Вкусно, — говорит она, заставляя себя улыбнуться.
— Повернись, девочка. Покажи мне это платье.
София поворачивается к нему, платье поднимается вверх по ее загорелым бедрам и обнажает белые трусики, которые она носит под ним. Летнее платье имеет низкий вырез и демонстрирует загорелые вершины ее прекрасных подростковых сисек. Ее волосы стянуты назад в простой хвост, который подпрыгивает между ее плечами, когда она крутится.
— Ооо, да, это очень мило. У меня есть несколько тонких резинок для тебя, сладкая, так что это будет очень приятно.
— Все в порядке, — говорю я. — Никаких презервативов. Она принимает противозачаточные средства.
София бросает на меня взгляд, полный отвращения, и я тоже смотрю на нее с отвращением. К тому времени, когда она поворачивается обратно к Ронни, она уже проглотила свой гнев от мысли, что примет в себя его сперму, а Ронни ухмыляется, как идиот.
— Всегда предпочитал без резинок, — говорит Ронни. — Кажется неестественным ставить пластик между мной и такой красивой молодой леди, как ты.
— Верно, — говорит София. — Нужно оставаться естественными и органическим.
— Органическими! Точно! — Он делает еще один глоток пива. — Ммм, милая, эти сиськи тоже выглядят очень мило. Как насчет того, чтобы стянуть платье и показать мне их.
Я почти горжусь Софией, что она просто делает это. Ей не нужно сначала смотреть на меня. Она поднимает свои сиськи руками, просовывая их через вырез платья. Ее соски твердые, и ее упругие груди, даже в таком состоянии, выглядят сочными. Ронни соглашается с этим, зарываясь в них лицом, лаская мою дочь-подростка. Он целует их и проводит своим большим языком по ее соскам. Она смеется, несмотря на дискомфорт, а когда он сильно, растягивающе сосет один из ее сосков, она издает вздох, который может быть просто наслаждением.
— Вот об этом я и говорю, — говорит Ронни. — Теперь, как насчет того, чтобы снять это маленькое платье и сесть на диван с дядей Ронни.
— О, ты теперь мой дядя? — смеется София.
— Конечно, мы с твоим папой братья, правда, Тай?
— Практически сводные братья, — соглашаюсь я.
— Почему бы тебе не взять себе пива, — предлагает Ронни. — Дай мне и твоей девочке устроиться поудобнее.
Я бездельничаю у холодильника, наблюдая из-за двери, как София сбрасывает платье, так что на ней остаются только трусики и туфли на шпильке. Ее задница выглядит потрясающе, ее голая грудь напрягает мой член, а ее легкая улыбка говорит мне, что водка помогает ей
?Жду по прежнему адресу?