Мне нужно немного поесть, чтобы набраться энергии для траха этой пизденки.
— Мне это нужно, папочка? — шепчет София, поглаживая мой вялый член.
— Да, — говорю я, отталкивая ее руку. — Мы останемся, пока он не будет удовлетворен.
— Хорошо, — говорит она и подмигивает мне. — Как хочешь, папочка.
Я знаю, я поступил очень, очень плохо. Но сейчас я могу думать только о том, чтобы сделать это снова. Хуже всего то, что я знаю, что так и будет. Развращение моей прекрасной падчерицы только что перешло на следующий необратимый уровень.
Конец восьмой части
Часть девятая: Правда выходит наружу
Серьезный удар
Я сижу за одним из примерно двухсот столов на многолюдном мероприятии по сбору средств для местного политика. Я встречался с ней недолго и уже забыл ее имя, но ее фамилия — Викерс. Трудно не запомнить ее, когда она расклеена по всему бальному залу. Моя жена Линдси, человек, который привел меня сюда, ушла обсуждать политику со своими друзьями, оставив меня потягивать белое вино в количестве, достаточном для того, чтобы все это было терпимо.
Я решаю, что мне нужно что-то покрепче, встаю и направляюсь к бару. Я уже почти добрался до оазиса полного бара, когда услышал свое имя.
— Тайлер Броуди!
Я поворачиваюсь и вижу знакомое лицо. Я учился в медицинской школе с Алексом Дворачеком. Я не видел его по крайней мере десять лет, но он выглядит почти так же. Как полузащитник с этими маленькими крошечными руками и нежным лицом. Этими руками он зарабатывает на жизнь как хирург-ортопед.
— Привет, Алекс! — Я подхожу и хлопаю его по руке, давая ему хорошее рукопожатие. — Что ты здесь делаешь?
— Мои дочери, — говорит он и слегка отходит в сторону. Он представляет их как Риз и Мэдисон, но я едва слышу, что он говорит, так как я мгновенно влюбился в них обеих. Двойная любовь с первого взгляда. Разве так бывает?
У них похожая внешность и схожие черты лица, одинаковые светлые волосы, одинаковые стройные бедра и грудь в их удивительно откровенных платьях. Мэдисон немного выше, немного стройнее, а у ее сестры, Риз, немного больше плоти в ее прекрасном туловище.
— Приятно познакомиться с вами обеими, — говорю я, пожимая им руки и не в силах отвести взгляд от их одинаковых карих глаз. Я держу руку Риз немного дольше, чем намеревался. — Должно быть, нелегко уберечь этих двоих от неприятностей.
— А то я не знаю, — говорит Алекс, закатывая глаза.
— Мы не такие уж плохие, папочка, — жалуется Мэдисон.
— Мэдисон девятнадцать, а Риз только что исполнилось восемнадцать. Они неплохие девочки, но... только посмотри на них.
— Я ничего не могу с этим поделать, — говорю я, и обе девочки хихикают и краснеют.
— Вот что я тебе скажу: ты единственный мужчина здесь, которому я могу доверить их. — Алекс хлопает меня по плечу. — Ты не мог бы присмотреть за ними, пока я пойду поговорю с Джозефом Кеттриджем? Я видел его у подиума.
Я не совсем понимаю, кто такой Джозеф Кеттридж и почему Алекс хочет с ним поговорить, но я очень рад быть тем лисом, которого с радостью ведут в курятник.
— Конечно, приятель, без проблем, — говорю я. — Я могу притвориться, что у меня сегодня два свидания.
Алекс похлопывает меня по плечу и отделяется от нас, чтобы поискать кого-нибудь. Я уже забыл это имя, когда обернулся к Мэдисон и Риз в их одинаковых платьях с низкими вырезами. Риз обгладывает кончик пальца. Мэдисон улыбается мне почти так же, как если бы она поцеловала
износилование у друга дома