придурок, знает, как испортить то, что казалось хорошим днем. Я посмотрел на парня из исправительных учреждений поближе:
— Сегодня утром я потрахался, получил потрясающий набор подарков и собирался отлично позавтракать со своими женами и моей восстановленной дочерью, и теперь этот придурок хочет поговорить, по срочному делу.
— Извините, сэр, я понимаю, что не вовремя, но мне нужен ответ. - сказал мужчина, покраснев от моей честности.
Я посмотрел на Мелоди, и она кивнула.
— Сделай это раньше, в десять тридцать, давай покончим с этим, по крайней мере, так мы все еще сможем пообедать.
— Что мне нужно сделать?
Парень листал папку:
— У вас есть компьютер с доступом в Интернет и веб-камерой? - спросил он.
— Да. Просто доверьте это мне, - сказала Мелоди, - я с этим разберусь.
Он дал нам подробную информацию и номер, по которому можно позвонить, если у нас возникнут какие-либо проблемы, и ушел.
Я сообщил Хармони и Маккензи, что мы задержимся и почему. Они обе были встревожены, но, как и я, заинтригованы. С чего бы этому придурку хотеть разговаривать?
Мелоди творила свое волшебство. Она настроила ноутбук с командами Microsoft для меня, а затем переключила экран на телевизор, чтобы три девушки также могли видеть придурка, не появляясь на экране вместе со мной.
В назначенное время мы соединились и стали ждать. Затем на экране появились два человека. Первым был Придурок Стивен Моррисон, вторым был сотрудник Департамента исправительных учреждений. Офицер заговорил первым.
— Мистер Смит, спасибо, что согласились встретиться с мистером Моррисоном сегодня. Я здесь для того, чтобы изложить некоторые основные правила. Во-первых, хотя этот звонок является частным, точно так же, как и фактический визит, департамент сохраняет за собой право отслеживать звонок, если обсуждается какая-либо конфиденциальная или компрометирующая информация. Вы согласны с этим условием, мистер Смит?
— Согласен, - ответил я.
— Тогда я оставлю вас наедине с этим. Этот звонок длится тридцать минут. Если вам потребуется больше времени, необходимо будет запланировать новый звонок. Затем он встал и вышел из комнаты.
Я посмотрел на этого придурка.
— Итак... - спросил я.
— Ты же знаешь, что я тебя ненавижу, верно. Толстяк захрипел, в его голосе была хрипотца, которая, хотя и всегда раздражала, просто кричала: посмотри на меня, я самонадеянный идиот. Кроме того, он выглядел так, словно прибавил в весе. До тюрьмы он был пухлым, иначе я бы приукрасил тот факт, что у него был небольшой лишний вес, но теперь он раздулся, как ребенок на фабрике Вилли Вонки, который превратился в голубику. Что я могу сказать, тюрьма - это сука!
Я засмеялся:
— Это чувство взаимно, Придурок, это чувство, безусловно, взаимно. Ты единственная причина почти всех негативных вещей, которые когда-либо случались в моей жизни!
Прежде чем он успел вмешаться, я начал отсчет:
— Сначала ты соблазняешь мою жену и заводишь с ней восемнадцатимесячный роман.
Во-вторых, ты убеждаешь ее, что она должна оставить меня ради такого превосходного экземпляра, как ты.
Я усмехнулся. Я продолжал отсчитывать пальцы. В-третьих, ты вынуждаешь мою дочь бросить меня.
Он улыбался. В-четвертых, ты угрожаешь мне в общественном месте, когда у моей матери только что диагностировали рак.
Он немного растерял свою улыбку: И последнее, но не менее важное: ты пытался убить меня. Как нарыв на заднице общества и жизни в целом, я не могу понять, как ты продолжаешь дышать, не говоря уже о том, чтобы сказать что-то, что меня хоть отдаленно интересует... И что?
Я дам ему одну вещь: он не просто отреагировал на мою словесную травлю. Он подумал минуту, прежде чем ответить.
— Ты знаешь, - начал он. Когда мы с Кэрол только начали наш
Записки невесты программиста2