поблагодарил ее и поехал в больницу. Меня отправили в комнату ожидания отделения интенсивной терапии, пока не начнется следующий 15-минутный сеанс посещения. Они разрешают посещать пациента на 15 минут каждые два часа.
После вторых 15 минут, в течение которых я всё ждал, чтобы эта сука на кровати проснулась, и я смог бы спросить ее, что, черт возьми, происходит, ко мне вышел врач. Это был парень примерно моего возраста, со светлокаштановыми волосами, который выглядел так, как будто был спасителем в каком-нибудь фильме.
Доктор Бенсон заверил меня, что Джой поправляется от травм, но спросил, не хочу ли я, чтобы ее перевезли в Денвер.
— В больнице Святого Луки есть отличная программа реабилитации после черепно-мозговых травм, и я думаю, что ее шансы там увеличатся в десять раз.
Он объяснил в медицинских терминах, какие у нее были травмы, но я понял только то, что она получила удар по голове либо от кого-то, либо в результате падения на что-то, и у нее могло быть сотрясение мозга.
Затем я подписал разрешение на ее транспортировку. Они должны были перевезти ее на следующий день; я спросил, могут ли они позвонить туда заранее, чтобы я мог оформить документы в больнице Святого Луки по дороге домой.
— А где вы живёте? — спросил он меня.
— Колорадо-Спрингс, — ответил я.
На его лице появилось взволнованное выражение, и он попросил меня подождать пару минут. Затем подошел к столу и позвонил по телефону. Через несколько минут он вернулся.
— Наш план изменился, — сказал он. — Мы перевезем ее в больницу Святого Августина в Колорадо-Спрингс. У них есть программа, сопоставимая с программой больницы Святого Луки, и так семье будет легче навещать ее.
Он ушел, и медсестра принесла мне новую стопку бумаг на подпись. Я подписал их, а затем нанес свой третий и последний визит, прежде чем отправиться домой. Я стоял и смотрел на нее сверху вниз. Мое зрение затуманилось, когда я подумал о своем будущем без нее.
"Джой, я не знаю, как ты здесь оказалась. Я не знаю, что именно происходит, но у тебя, похоже, больше секретов, чем наш брак сможет выдержать. Я не буду подавать на развод, пока не смогу поговорить с тобой. Но я почти уверен, что между нами все кончено".
Я вышел из больницы со слезами на глазах. По крайней мере, никто не посчитает странным, когда парень идёт по больнице со слезами на глазах. Если бы я был в баре или магазине автозапчастей, большинство людей посмотрели бы на меня с удивлением.
Я позвонил Джиму по дороге из Вейла, чтобы сообщить, что они перевезут Джой в Колорадо-Спрингс, и что я приеду позже, чтобы обо всём им рассказать.
Вернувшись домой, я с облегчением увидел, что джип моей сестры все еще стоит на нашей подъездной дорожке, потому что я всегда мог поговорить с ней о чем угодно. У двери меня встретил восторженный доберман, по кличке Пайпер.
Бет уже ждала меня, когда я вошел в гостиную. Я почувствовал огромное облегчение, увидев ее. Она поняла, что что-то не так, как только взглянула на меня. Я обнял ее и сказал, что люблю ее. Потом все хлынуло наружу. Она обнимала меня, когда я сломался и оплакивал конец своего брака.
Она оставалась со мной до позднего вечера, и пыталась уговорить меня что-нибудь поесть, но я не был голоден, тем более, мне все равно нужно было поехать к родителям Джой, и обо всем им рассказать. Я разрешил Бет поехать со мной.
К тому времени, когда я выложил Джиму и Ивонн все, что знал, я увидел, что
Властная госпожа Елизавета