вскрикнул, но сквозь зубы, отчего звук превратился в рычание. Я притянул её обнаженное тело к своему, поэтому у неё было мало пространства для действий, и её локоть только задел мои ребра. Она топнула по одной из моих босых ног, но я почувствовал смещение её веса и уклонился. Я потянул её назад и повернул, заставив её споткнуться. Её вес ударил по моей руке, и мы упали, потому что моё равновесие нарушилось, как и её. Она упала вперед на руки и колени всего на мгновение, прежде чем я рухнул на её спину и придавил её к полу, наполовину в шкафу, наполовину снаружи.
Я всё ещё держал пояс в зубах. Я сел на её бедра и потянул сначала одну руку, а затем другую за спину. Она сопротивлялась, но я надежно связал её запястья, но не слишком туго. Мы были в темноте; я ничего не мог разглядеть через стекло её двери. Наступила ночь.
Когда её руки были связаны, она лежала неподвижно, задыхаясь.
— Чего ты хочешь? — спросила она, её голос был глухим от напряжения и моего веса на её спине, когда я наклонился мимо неё, чтобы взять один из шарфов, лежавших за дверью. Она повернула голову, увидела, к чему я тянусь, и возобновила борьбу. Я сцепил свои руки на её шее и на груди, чтобы контролировать её, но не причинять ей боль, и она сдалась. Возможно, дело было в том, что я крепко держал её за сиськи. Я опустил её обратно на ковер и медленно завязал повязку вокруг её головы и на глаза. Завязал крепко.
— Чего ты хочешь? — спросила она снова, но её голос немного дрожал.
Я отодвинул одну ногу и широко раздвинул её ноги коленом. Когда я коснулся её попки, она вздрогнула. Я провел рукой по складке её задницы и вернулся к талии.
— О, о, хорошо. Я не буду с тобой бороться. Честно. Только не делай мне больно. Возьми меня или что ты там хочешь. Обещаю, я никому не скажу. Выеби меня, если хочешь. Я буду ебаться с тобой столько, сколько ты захочешь, если только ты пообещаешь не делать мне больно!
— Шшшшш! — прошипел я, но я был воодушевлен и впечатлен. Миссис Россини мыслила ясно, несмотря на предполагаемую угрозу. Я облегчил свои прикосновения и стал ласкать её между ног. Она раздвинула свободную ногу и слегка приподняла бедра. Когда я коснулся нижней части её щели, она застонала.
— О боже! — простонала она. — О черт, пожалуйста, пожалуйста!
Я отметил, что она не сказала, что именно "пожалуйста". Я потянулся за другим шарфом, и она, казалось, поняла, о чем я думаю.
— Я не буду кричать, обещаю. Не затыкай мне рот, пожалуйста. Еби меня, если хочешь, и я буду молчать. Я обещаю. Правда! Пожалуйста, не затыкай мне рот! Я буду сосать твой хуй! Я люблю сосать хуй, и я чувствую, что у тебя отличный хуй! Я не смогу сосать тебе, если ты заткнешь мне рот.
Я задрожал. Мой хуй был таким твердым, что я подумал, что сейчас я брызну по её голому бедру, ну, на самом деле в мои слаксы, правда, но если бы не они, то на неё, как только они исчезнут. Эта смущающая мысль подсказала мне, что пора раздеваться.
Я встал на колени и расстегнул ремень. Шум казался неестественно громким в стенах её темного шкафа.
— О боже, — вздохнула Саша.
Я встал на ноги и передвинулся так, чтобы не касаться её. Я расстегнул молнию на брюках, спуская ширинку так медленно, что
На коленях перед Леной