серебряный вибратор, который я использую… время от времени, чтобы… ну, знаешь… когда я одна. — Она остановилась.
— Ты имеешь в виду мастурбацию? — спросил я.
Выражение её лица было чистым блаженством и счастьем.
— Да! Да, я иногда мастурбирую. Очень много! С тех пор, как ты впервые коснулся меня, Сонни, я мастурбирую все время, и даже больше, с тех пор, как я увидела, как вы, парни, ебёте Энни вашим способом! Боже мой, ты разжег во мне огонь, и я не пытаюсь его потушить, но… ну, он нашел его и знаешь, что он с ним сделал? Я имею в виду с дилдо — но да, он разжег во мне огонь. Он сделал это. Фаллоимитатор, эту красивую серебряную штуку, он вставил мне в жопу! В мою жопу, Сонни! В мою жопу! — Её голос был пронзительным и неровным. Я чувствовал её панику, но не видел этого в её глазах, которые были распахнутыми до предела и возбужденными.
Она глотала воздух и преувеличенно сглатывала. — Он засунул мой собственный вибратор в мою жопу и включил его! Я думала, что умру от унижения, но Сонни, знаешь, что заставило меня расслабиться и получить удовольствие? Образ того, как твой хуй таранит Эннину жопу! Я воспроизводила эту картинку снова и снова, пока вибратор трещал в моей заднице!
Я задумался и обнаружил, что не помню, чтобы я ебал Энни в жопу той ночью. Она сосала у меня, я ебал её, но я не трахнул её в зад. Эта мысль остановила меня, потому что мне пришло в голову, что, возможно, я вообще еще ни разу не имел её в задницу. Знаете, это странное чувство — осознавать, что ты так много ебался, что не помнишь, ебал ли жопу конкретной женщины или нет. Я хрюкнул, и это, похоже, возобновило поток комментариев Наташи.
— Тогда он ушел и привел Брента. Залез под меня, и я ебала его, а Брент смотрел. Он, наверное, был напуган. Может, у этого парня было какое-то оружие или что-то в этом роде, но я знаю, что он просто стоял и смотрел, как я ебу этого парня, который насиловал меня несколько часов. Затем, следующее, что я помню, что он заставил Брента выебать меня. Сначала сзади, по-собачьи, а потом он залез под меня, и я ебал его так же, как ебала другого парня! Черт… я имею в виду… черт! Я была возбуждена, так возбуждена, что я бы выебала Папу Римского, изнасиловала Папу Римского, я имею в виду, и ему бы это охуенно понравилось. У Брент огромный… Ты знал… конечно, знал! Ты видел, как он ебал Энни… — Она остановилась и уставилась на меня.
— О, черт, Сонни, я кое-что забыла! Боже мой! Я была так озабочена тем, что со мной произошло, что забыла кое-что. Я не знаю, должна ли я говорить тебе об этом или нет… но я думаю, что Брент ебал твою мать прошлой ночью. Пока меня насиловали… он пытался сказать мне, что собирается повидаться с тобой, но… что-то в его словах о том, что Сиси тоже будет дома и он "передаст ей привет" от меня, не… Сонни? Сонни, ты в порядке?
Я, должно быть, уставился на неё, потому что она поднялась и положила руку мне на щеку. Это немного шокировало меня, и я вздрогнул. Её лицо приняло выражение сострадания и заботы.
— Сонни, дорогой, я не хотела, то есть я не хотела причинить тебе боль, но я подумала, что ты должен знать. — Наташа выглядела такой тоскливой
Деньги решают всё