как Эрих забрал ее. Если быть точным, до того как она отдалась ему.
– Через минуту после того как я ему подчинилась в том, что, как я думала, было практически изнасилованием, я изменилась. Через несколько секунд я отказалась от любого выбора, который у меня был или думала что был. На самом деле выбора не было, как сказал Эрих. Эмбер должна была жить, и как мать, я должна была сделать все возможное, чтобы обеспечить это. Я бы сделала все что угодно, Дейв. Во всяком случае, то, о чем он просил меня, было не так плохо, как могло бы.
– Ты делаешь из меня дурака, – недоверчиво ответил я.
– Он мог продать меня в рабство, заставить показывать фокусы на улице, продавать мои органы на черном рынке и делать то, о чем я, вероятно, даже не задумывалась. Вместо этого... Вместо этого он меня освободил.
– Он, ЧТО?!!
Ее губы изогнулись в легкой улыбке, когда она кивнула сначала себе, а затем мне.
– Он освободил меня от всех представлений и идей, которые были у меня. Он освободил меня от стресса, связанного с выбором, возможностью неудачи и ее последствий. Он забрал все это у меня. Ценой за спасение жизни Эмбер было то, что он завладел моим телом.
– Ты в кошмарном состоянии, – ответил я. – Эрих Вайзе промыл тебе мозги.
– Сначала я тоже так думала, – ответила она, снова глядя на меня все с той же улыбкой.
Это не была ухмылка или снисходительность. Это была улыбка, которую однажды я уже видел. Улыбка осознания того, что я не понимаю, что все это правда. Такое было у моей матери, в тот день когда я сказал ей то, что, как она знала, было глупостью, а я думал, что это правда. Не имеет значения, что именно, так как я забыл. Но в этот момент Лиза дала мне понять, что побывала на вершине своей горы и увидела свет. А у меня этого не было.
– Эрих лишь открыл мне дверь в этот новый мир и жизнь. В тот момент я поняла, и оказалась права, что Эрих не нарушит своего обещания. И он его не нарушил. Когда первая операция провалилась, именно ОН нашел другого врача, чтобы помочь первому. Это он не только оплатил дополнительные расходы, но и освободил меня от необходимости их возмещать. Потому что к тому времени Эрих привязался ко мне так же, как я привязалась к нему.
– Ты смотришь на меня с недоверием, – продолжила она. – Видишь ли, сделка, которую мы заключили, была ясной и лаконичной. Я становлюсь его наложницей, игрушкой и шлюхой в обмен на то, что Эрих спасает мою девочку. Мы оба знаем, что ты не смог бы сделать то, что сделал он, Дэвид. Возможно, он и сделал мне это непристойное предложение, но у меня не было выбора, Дейв. Я знаю, это причиняет тебе боль, но в тот момент мы с тобой перестали существовать такими, какими были раньше. Ты не мог спасти нашего ребенка. Все что ты мог сделать, это беспомощно наблюдать за ее судьбой со стороны. У Эриха же была сила дать ей этот шанс в жизни. И когда ты дошел до этого, не было никакого соревнования.
– Я знаю, что это ранит, Дэйв, потому что знаю, как сильно ты любишь наших детей. Если бы тебе пришлось вырезать свое сердце, чтобы спасти кого-то из них, я знаю, ты бы это сделал. Ты бы украл и убил, чтобы они жили. И если бы у
Сладкое воспоминание