— Не-а, я мазал-мазал, а потом когда возле трусиков натирал, случайно булочки-то раздвинул, а она попу свою беленькую ко мне вверх, я ещё стал мять и раздвигать, и кончиком пальца слегка в попку её забурился, так она застонала, а потом выделываться начала. — Шлюха она. Рассказал Михаил.
— Ишь ты.. А что не рассказал? Спросил шеф.
— Сам хотел, без вас. Улыбнулся Михаил. А ты, Толян, куда драть будешь?
— А я туда же, куда ты позавчера, хороша её писька, узкая, такой не видал никогда. Засмеялся Анатолий.
От этого диалога я просто оцепенел, я крайне возбуждён.. — Так эти сволочи драли её оказывается, и трахали её без резинки?! Я не верю, не могу, просто не могу...
Алёна не заставила себя долго ждать, я услышал как открылась дверь парадной, из номера вниз спустилась супруга. Я видел как её силуэт в темноте приближался к бане, на улице было темно, поэтому она меня не видела, а я её. Она вошла внутрь, и я поднялся снова на табурет. Открылась дверь и в комнату где сидели за столом пьяные рыбаки и шеф, вошла Алёна. Моё сердце в сотый раз выскочило из груди, она переоделась в то, что по праву предназначалось мне и только для меня.. Мы взяли это на «сладкий вечер», её особый наряд.. Она развязала верёвки халата и он поскользил с неё вниз... Эти черные сетчатые колготки с блядским вырезом между ног, они покрывали всё, всё кроме интимной зоны и ягодиц, в этих местах были вырезы, которые ничего не скрывали. Черные полупрозрачные тонкие стринги, под которыми был чётко виден лобок и «бугорки» её половых губ. На груди вырывающейся на свободу, — бюстгальтер, такой же тёмный и прозрачный, за ним были видны розовые ореолы и соски с пирсингом, некоторое время назад испробованные старыми рыбаками.. Все были в восторге.. Кроме меня.. Хотя.. От части я был сильно возбуждён и предпочёл дальше наблюдать за происходящим...
Она подошла к столу и Михаил взяв её за руку потянул на диван, где вдвоём с Анатолием стали грязно лапать и целовать её юное тело. Пока рыбаки растирали тело моей Алёночки, шеф стянул с себя полотенце и принялся надрачивать свой вялый хрен. Обычный, среднего размера, он поднялся совсем быстро, а что сказать обо мне, так мой, стоял ещё когда я поднялся впервые на табурет и подглядывал за ними..
Лёгкими движениями рук, они сорвали лифчик, её сиськи снова оказались на свободе, лишь на мгновение, пока соски вновь не скрылись под черной усами Анатолия и пухлыми губами Михаила Сергеевича... Она так же раскинув ноги в стороны, сидела между ними, как и первый раз, их шершавые, волосатые лапы снова потянулись к её самому злачному и моему любимому месту. Это пик, вершина, там самое сокровенное для меня, то что мне больше всего нравилось в ней из частей тела, после груди. И вот, извиваясь между этими двумя, старыми и жирными рыбаками, она снова застонала. Их волосатые лапы уже натирали её губки, не в состоянии поделить её киску, они то и дело отталкивали руки друг друга. Две шершавых ладошки с толстыми как сардельки пальцами, орудовали в трусиках моей Алёночки. Места для них двоих было явно мало. Анатолий решил прокомментировать происходящее:
— Мокрая дрянь, тёпленькая. Достав из её трусиков свою руку преподнёс к носу и вдохнул влагу с пальцев.
— У меня для тебя сегодня тоже подарочек имеется. Произнёс Михаил Сергеевич.
Моя Алёночка удивлённо посмотрела на рыбака и дрожащим голосом спросила:
Мой конь меня надрал