— Я сделаю тебя половой тряпкой, пизда! Ты еще будешь молить меня о пощаде!
Вадим отвернулся, пока его никто не видел. Он не хотел это видеть. Увы, но подобные моменты являлись издержкой их нынешней профессии.
Дмитрий Константинович продержался не очень долго. Боль и унижение и жены, и мужа привела его к долгожданному оргазму. Он с хрипом, переходящим в скрежет, толчками изливался в молодую прекрасную женщину. Он, плешивый пожилой человек, на которого в здравом уме ни одна подобная красавица и никогда не посмотрела бы! Но зато у него было кое-что другое, куда лучше: деньги и власть!
Кончив, и полежав недолго на всхлипывающей Елене, он встал и подошел к ней спереди, присел на корточки лицом к лицу и приподнял её голову, держа за подбородок.
— Я хотел бы, чтобы сегодня тебя использовали как секс-игрушку! Не заботились о твоих чувствах и ощущениях! Шлепали тебя, пороли, плевали тебе в лицо, в глаза, били и унижали! Хочу почувствовать тебя половой тряпкой у наших ног! Хочу, чтобы одни трахали тебя, а другие показывали на тебя пальцами и говорили, какая ты шлюха и блядь... И я сделаю это с тобой... И с твоим мужем... Хочешь этого?!
Лена молчала. Голова её плохо соображала и она не знала что ответить. Было и так слишком больно, а тут предлагают такое...
— Поцелуй меня! – приказал Дмитрий Константинович, будто проверяя, чувствует ли девушка острую обиду на него или же она, наконец, научилась справляться со своими эмоциями и болью.
И тут на Лену что-то нашло.
"Что?! Поцеловать его?! Поцеловать этого плешивого козла?! Он унижал её целый вечер, нещадно порол, щекотал, не оценил её старательность, а взамен требует поцелуя?!"
— Да пошёл ты, мудак! - Ответила она, едва не выплюнув ему в лицо эти слова.
У Вадима замерло сердце: "Что она такое творит?! Это же очень опасно! Скажи мягче! Просто откажись и позвони Хозяину!" - проносились у него бешеные мысли. Но он стоял молча и трясся от ужаса.
Дмитрий Константинович встал, рассеянно улыбнулся и обратился к Лене пугающе холодным голосом:
— Это ваше окончательное решение?
— Да, окончательное! Развяжи меня!
— Ну что же, насильно мил не будешь. Дело ваше. Развяжите ноги вашей жене, Вадим. Но запомните: у вас будут проблемы, и вы скоро пожалеете о своих словах.
— Без тебя разберёмя! - уже не так уверенно, начиная жалеть о своих словах, сказала Лена.
— Дверь там. До свидания.
— Прощай!
Хозяин заявился к ним в гости следующим вечером, и, конечно, не один. С ним были охранники - Олег, Толик и Володя, а также, к испугу и отвращению супругов, их соседка Светлана, или Грымза.
Лена давно уже пожалела о своем вчерашнем поступке, но ничего исправить не могла. Вадим сильно её не винил - понимал, что ей пришлось пережить. Лишь упрекал в излишней резкости. Бежать они и не думали. Понимали, что последствия будут ужасающими.
Лена встречала гостей стоя, так как сидеть на посиневшей после вчерашней экзекуции заднице ей было больно. Ещё днем они с мужем обстоятельно приняли душ, удалили лишнюю растительность с интимных зон, после чего тщательно промыли друг-другу кишечники. Они старались сгладить этим грядущие последствия.
— Ждали нас, как я погляжу. Осознали свою ошибку? - совершенно, как казалось, спокойным голосом спросил Хозяин, вальяжно развалившись на новеньком диване, даже не разуваясь. Остальные стояли позади Елены.
— Да, осознали, Хозяин, - смиренно ответила Лена.
— И что Дмитрий Константинович сделал такого особенного, что вызвало у тебя такую реакцию? Может быть, бил тебя ногами и кулаками?
Есть женщины в американских селеньях