из лучших воспоминаний моего детства, я был кому-то полезен, и ты была счастлива и рада, что я помог тебе. В кои-то веки я стал старшим братом, и у меня в то время была младшая сестра, которая любила и обожала меня. Мы даже вместе катались верхом по окрестностям, брат и сестра, просто гуляли. Вскоре после этого, я подозреваю, что твои отец и брат рассказали тебе кое-что из секретов обо мне, которые я узнал только недавно. Потому что почти за одну ночь ты охладела ко мне, ты больше не хотела кататься на велосипеде. Я просил об этом несколько недель, и вот однажды это случилось — когда я спросил тебя, не хочешь ли ты прокатиться, ты надсмеялась надо мной и сказала мне, цитирую:
— Отъебись, ошибка, если ты когда-нибудь думаешь, что я буду кататься с таким неудачником, как ты, тогда ты печально мечтаешь. — Именно в тот день умерла моя сестра. С тех пор, я не думаю, что ты это заметила или что тебя бы даже озаботило, я никогда с тобой не разговаривал. Каждый наш разговор был косвенным. Даже твой придурок старший брат говорил со мной напрямую, но ты, нет, ты взяла мою любовь к тебе и швырнула ее мне в лицо. Она умерла с одной фразой, которую ты никогда не пыталась исправить. Ты не можешь смириться с тем, что ты здесь потому, что твои собственные эгоистичные действия — твоя собственная проблема. Нет, Джоан, я и пальцем не пошевелю, чтобы помочь тебе. На самом деле, я позабочусь о том, чтобы ты получила максимальный срок, чтобы заплатить за свои преступления. Ты говоришь, что они здесь преступники. Ну, посмотри в ебаное зеркало. Да! Те программы помощи, которые я помогаю финансировать, и о которых ты упоминала ранее — я собираюсь сообщить их руководителям, что если кто-либо из них попытается тебе помочь, я заберу финансирование, которое они получают от меня.
Я встал, эта встреча почти закончилась.
— Я попросил об этой встрече сегодня, чтобы узнать, есть ли в твоем сердце какие-либо угрызения совести. После всего, что ты сделала, я хотел знать, сожалеешь ли ты о том, что ты сделала с моей женой, и думаешь ли ты вообще обо мне. Однако с того момента, как ты вошла в дверь, ты ни разу не спросила о Дианне. Ты даже ни разу не спросила обо мне. Ты даже отдаленно не приблизилась к тому, чтобы попытаться извиниться или попросить прощения. Все, что тебя волновало, — твои ебаные эгоистичные желания. Нет, Джоан, ты мертва для меня, и тебе лучше привыкнуть к этим стенам, потому что, учитывая все, что ты сделала, ты пробудешь здесь очень долго. А что касается денег, то ты никогда не увидишь от меня ни единого цента. Если все будет по-моему, то после того, как я выйду за дверь, мы больше никогда не встретимся. — Я достал из кармана маленький предмет и положил его на стол. Это была маленькая фигурка велосипеда, очень похожая на тот, на котором я учил ее ездить. — Но я оставлю тебе это напоминание. Напоминание о лучших временах, когда брат и сестра учились ездить вместе. Я буду помнить сестру, которую я потерял в тот день. Я всегда буду с нежностью вспоминать то время, которое мы провели вместе на нашем велосипеде. Я уверен, что ты будешь помнить меня еще долго. Прощай, Джоан, и иди НАХУЙ!
Я постучал в дверь, и охранник выпроводил меня. Мой последний взгляд на Джоан был направлен на
Преподобный Джонатан Грэм