ее опущенную голову и на маленькую фигурку велосипеда, стоящую на столе.
В приемной, Дианна и Тим сидели и тихо разговаривали. При моем приближении они оба встали. Дианна скользнула в мои объятия, ее, теперь уже очень беременный, живот прижался ко мне.
— Как все прошло? — спросил Тим
— В чем-то все было именно так, как я и предполагал, в чем-то совсем по-другому. Я думаю, что моя мать искренне сожалеет обо всем, что произошло. Она ни разу не просила о помощи и не пыталась переложить вину на кого-либо. Скорее, она пытается взять вину за все на себя. Я также думаю, исходя из того, что она мне рассказала, что она пострадала от рук Роджера, Грега и Джоан даже больше, чем мы с Дианной, вместе взятые.
Дианна ахнула.
— Что меня удивило, так это то, что она в первом своем вопросе спросила о Дианне.
Я посмотрел вниз на свою беременную жену в моих объятиях и улыбнулся.
— Джоан, однако, была совсем другим делом. Она только хотела, чтобы я "выпустил" ее, она ни разу не попыталась загладить свою вину, ни разу ни о ком не спросила. Я думаю, что Роджер действительно отравил ее, и я позабочусь о том, чтобы Джоан были предъявлены обвинения.
Я указал на стены тюрьмы.
— На мой взгляд, она может сгнить в этом месте.
Мы немного поговорили, и я почувствовал, что Тим хочет нам что-то сообщить.
— Ребята, я получил сообщение о том, что прошлой ночью был угнан один из грузовиков со двора компании Роджера, и что на записи с камер наблюдения видно, как двое людей, очень похожих на Роджера и Грега, врываются внутрь. Мы в состоянии повышенной готовности, и наша общественная стража следит за этим, но, пожалуйста, будьте осторожны в течение следующих нескольких дней!
Мы заверили его, что будем начеку, и что мы с Дианой позаботимся о том, чтобы наши тревожные кнопки были при нас. Я также позвонил в нашу охранную фирму и сообщил им, чтобы в качестве меры предосторожности они удвоили патрулирование вокруг дома и офиса. Это был эмоционально истощающий день. Разговоры с моей матерью и Джоан утомили меня, а беременная жена тоже быстро уставала. Так что мы были счастливы отправиться прямо домой, так как я с нетерпением ждал легкого ужина и немного времени перед телевизором, обнимаясь с Дианной сегодня вечером.
Мы направились к моему "Мустангу", и я помог Дианне сесть в него. Помогая ей сесть, я понял, что мне придется взять другую машину, что-нибудь попроще, чтобы было можно сажать и вывозить детей. Хотя я любил свою машину, она просто не была практичной семейной машиной. Возможно, подойдет другой джип или "Ренджровер". Но, включив зажигание, я подумал, что нет, четырехдверный v8 AMG может быть забавным. Мы еще даже не вышли с тюремной парковки, когда Дианна начала задавать свои вопросы.
— Гарри, ты действительно покончил со своей матерью и сестрой?
Я на мгновение задумался.
— С Джоан — да, я не вижу здесь никакого решения. Нож вошел слишком глубоко, рана слишком открытая, и шрам всегда будет уродливым. Я сказал там кое-что, чем не горжусь, сказав это той, кого когда-то называл сестрой, но и назад я эти слова не возьму. Моя мать, я не знаю. Я почувствовал, что впервые она была довольно откровенна со мной, и если это правда, то она прошла через гораздо большее, чем мы. Кроме того, многое из того, что она мне рассказала, совпадает с тем, что ты сказала мне в больнице. — Я щелкнул пальцами. — Да, она сказала мне, где я могу
Одна рождественская ночь ( 2 часть)