— Много в тебе накопилось? А то ты уже не один день не могла выдать ему свою «шоколадку»!
— Я и сегодня думала, не запор ли у тебя?
— Действительно было что-то вроде запора. И хорошо, что уговорили поставить целую клизму. Спасибо тебе, Лиз. — Вероника бросила на клеёнку тряпку без признаков и капли грязной воды на ней. — Если бы не требовалось так спешно, можно было бы прихватить и его… Вернее, сейчас — «её». Чтобы выдать ей в ротик. Что-то бы выпила, и хоть часть бы съела, если не хочется получить такую порку, чтобы кожа поползла вместе с мясом!
— Сегодня об этом при любом раскладе забудь! Он мой, и ничего с ним никто больше делать не смеет без моего согласия! — твёрдо выступила вперёд Лиза, словно загораживая Олежку, как зверь встаёт, заслоняя свою добычу при появлении других зверей.
Девки потянулись к дверям, но Лера как-то резко повернула.
— Немножечко задержимся! — вдруг остановила она их. — Впрочем, вы можете идти в баню, а я попрошу — девушка обратилась к Лизе — мне тоже поставить клизму. Что-то разыгралось желание сегодня пострапониться в попку! Как? А? Вот он, точнее она, и мне также подержит кружку.
— Да чего там, подождём! Недолго! — загомонили подруги.
Лиза расхохоталась.
— Ну, сегодня у меня целая очередь на клизму! Как бывало в больнице! Давай сюда свою попку, всунем, зальём, чтобы можно было полной мерой иметь все удовольствия! — она повернулась к Олежке. — А ты кончай глазами хлопать! Делай всё чётко, иначе я после всего с тобою так разберусь, небеса с овчинку покажутся! — Лиза сильно дёрнула Олежку за косичку, явно всё же недовольная что который раз приходится сдерживать всё более разгорающуюся страсть и подавлять становящееся неудержимым желание.
Лера не заставила долго ждать. В несколько минут она набрала воды в кружку, и вручила Олежке увесистый мешок клизмы.
— Держи! И аккуратно! Надеюсь, не забыл, что с тобой будет если уронишь на ковёр хоть капельку? Стой столбом, и не шелохнись!
— Быть столбом — это самое подходящее для него занятие! — гыгыкнула Марина.
— Чего уж проще как изображать самого себя! — затряслась Женька от смеха.
Пока Олежка, едва не спотыкаясь на каблуках подходил к кровати и напрягаясь, окаменелыми руками поднимал над головой клизму, боясь только одного — как бы она не выскользнула, Лера вспрыгнула на кровать, легла на бок и подтянула ноги почти к груди. Выпятила и подставила попку. Лиза похлопала её по ягодице чтобы та несколько завалилась вперёд, оттянула ей верхнюю, правую, половинку, и в ту ж секунду наконечник ушёл к ней в анальное отверстие.
Теперь Олежка стоял лицом к кровати чтобы не дать хозяйкам повода для каких-нибудь придирок; хоть и было понятно, что при желании можно придраться и к тому, что он смотрит на голую попу госпожи с выходящим из щели между ягодицами шлангом. Но Лере было не до этого. Напрягая лицо и сжимая зубы, она, часто и глубоко дыша, поглаживая живот, с усилием терпела нарастающие давление и тяжесть внутри. Так же как и Вероника поджимала попу и стискивала напряжённые «булки» и ляжки, сучила ногами и стукала пяткой об пятку. Но было также видно, что наряду с физическими неудобствами процесс вливания воды вкупе с нахождением наконечника в прямой кишке параллельно доставляет ей и некое внутреннее удовольствие, сравнимое с ощущением лёгкого дразнящего оргазма.
То ли оттого что Олежка на этот раз стоял дальше и поднимал мешок
Унижение