на самом деле... Мозг у него развит разве что только на этапе перехода от погремушки к резиновой игрушке-пищалке! Ему только ползуночки носить, да в памперсы делать свои пи-пи - ка-ка! Застрял там намертво! - схватившись за живот, снова согнулась в приступе смеха Марина.
- Соску-пустышку сосать, да пускать слюни!
- Ну, хоть мы по мере сил переучиваем. На другую, взрослую соску! - Лера потеребила свой клитор.
- Небось ещё совсем-совсем недавно он без маменьки не ходил и в туалет!
- Да на горшочек он ходил, а мама ваточкой ему попку вытирала! С месяц ещё назад! Наверняка!
- Теперь он должен благодарить все высшие космические силы, что попал в наши заботливые руки. Если отстал от своего возраста, надо его хорошенечко подгонять, чтобы как можно скорее он догнал возраст реальный. Семимильными шагами! Мы и стараемся в поте лица, усилий не жалеючи, гоним во всю прыть, во всю силу наших средств, методов, и возможностей наших "инструментов"! - Женька с хохотом встряханула кнутом.
- У меня он тоже был бы окружён заботой, любовью. Но и при великой строгости. Если станет моей "женой", - томно вздохнула Марина.
- Это уже ты повторяешь за мной! - недовольно буркнула Женька.
- Не, просто сказала то, о чём задумала уже давно. Может, и пораньше тебя!
Лера отвернулась, загадочно и в то же время насмешливо улыбаясь. И следя краем глаза, как Вероника, поджав губы, с какой-то досадой сильно и грубо натянула Олежке цепочку и беспокойно забегала взглядом, в основном с неё и на Лизу, стоящую вроде как в безразличной отрешённости, но также исподлобья внимательно наблюдающую за остальными подругами.
- О! А если б эта бестолковая корова, его мамочка, увидела, как мы воспитываем её недомерка! Я представляю, что случилось бы с этой шваброй! Только интересно, что б произошло сначала? Обосралась бы, или окончательно тронулась бы умишком? Что сперва? - вдруг опять взорвалась хохотом Марина.
- Удар бы хватил! В ту ж секунду б и окочурилась! - прыснула Вероника.
- Вот отснять бы его телефоном видосик, ну хотя бы и прямо сейчас, когда мы будем проводить воспитательный процесс, вот этим кнутом, и отослать его мамке! Жаль только, что в форме эмэмэски такой длинный ролик не пройдёт! И не представить, что б случилось с этой тупожопой индюшкой! Истерика? Паника? И слов не найти! Как заметалась бы! Как стала б биться об пол, прыгать на стены! Не зная, куда мчаться и что делать! А с её сыночки в это время спускают шкуру... Сколько было бы вопля и рёву! Ещё побольше чем у него, когда кнут со всей любовью и страстью станет целовать его попошку! Действительно лишилась бы рассудка! - продолжала Марина, всхлипывая от смеха.
Лера, подойдя к Олежке вплотную, толкнула его коленом в грудь, взяла за ошейник и приподняла ему голову.
- Ответь-ка нам честно, эта безмозглая овца, твоя мамашка, раньше часто тебя порола? Или, вообще порола ли хоть раз?
У Олежки всё взвихрилось в душе. Теперь его мучительницы нарочно говорят оскорбления про его маму! Он вскинул взгляд, но уже не тот, постоянно потухший, а даже наоборот, со сверкнувшими огнём глазами. Машинально вобрал в грудь воздуха чтобы ответить достойным образом этим в край распоясовшимся садисткам. Но Лера так тряхнула его за ошейник, что голова у Олежки замоталась как тряпка.
- Та-аак! Ты сейчас вроде как хотел открыть рот? Или нам всем это показалось? Ну-ка расскажи, что ты хочешь вякнуть? К тому ж тебе ещё и что-то не понравилось? Ну? Отвечай! Это приказ! Ника, напомни ему, что приказы госпожей следует
Сессия