— Ну ты скажешь. Здесь вся двадцатка километров леса вокруг, что здесь тварям делать?
— Это Улей, не забывай! – пожал плечами Бэха. – Ты, кстати, еще не можешь определить, кто заражен, а кто иммунный?
— Не, еще немного времени надо, чтобы паразит угнездился поглубже. Кстати на всех моего дара не хватит. В прошлый раз только на 40 человек хватило, а потом вы меня носилках до стаба несли, живчиком отпаивая. Забыл?
— На всех – не надо. Только девчонок-старшеклассниц, да вот эту училку, - он кивнул на Илону, отчего та положила подбородок на колени, чтобы скрыть грудь от неприятных взглядов. – Остальных проинструктируем, может пару автоматов найдут в лесу – муров-то мы проредили основательно, но не обшмонали. А тех, кого ты определишь как иммунных, погоним в стаб Развилка, там хорошо за девок забашляют.
— Слушай, Бэха, разреши девку какую попользовать?
— Попользуй, - так равнодушно ответил старший, что Илона вздрогнула, - только учти: если окажется иммунной, Улей может не простить: не любит он, когда обижают свежака.
— Я рискну, все же вероятность, что не обижу... гы-гы... 90-95 %.
— И все же прими стандартные меры, а то вдруг подруга обратится во время секса. Ладно, пришлю Дикого, все равно болтается без дела. Пусть присмотрит, пока ты развлекаешься
— На хрен здесь этот отмороженный?
— А на хрен он нам там?
Илона сидела ни жива, ни мертва. Мало того, что эти двое болтали об изнасиловании, словно о том, чтобы купить бутылку воды (пить... как же хочется пить...), так еще некоторых слов она не поняла, а некоторые, которые были понятны, не несли явной смысловой нагрузки.
Пришел Дикий.
Хром тут же прошел в центр зала и присел перед Радой Кузнецовой. Надо отдать ему должное – он точно определил девочку с самой низкой (а скорее - отрицательной) добродетелью. Рада имела определённого рода успех у всех парней... Ну, если не у всех парней в школе, то уж у половины – точно. Хотя, конечно, нельзя было у нее отнять того, что она была очень красивой блондиночкой, стройной, грудастой... с большими голубыми глазищами, наивными и бездумными.
Хром провел ей по щеке ладонью, что-то говоря. Рада потрепетала длиннющими ресницами и неуверенно кивнула. После этого они поднялись и за руку направились к раздевалкам.
— Не советую! – буркнула Илона, когда они проходили мимо. – Как бы вам не подцепить что-то нехорошее.
Илона Витальевна прикусила пухлую губку, осознав свою ошибку – лучше уж Рада, чем любая другая девочка.
— Расслабься, - хохотнул бандит, поправляя рюкзак. – Нам уже давно не грозят такие мелочи, как сифилис, трепак и т.п.
И увел девушку. Вот что это было? Насильник (и те, кто с ним) болеет этим всем? Но по нему не скажешь – такие болезни оставляют след на внешности. Этот же выглядел здоровым, полным сил и энергии... Или этот тоже отмороженный и хочет рискнуть? Новая загадка...
Между тем новый персонаж – Дикий, - очень беспокоил Илону: его взгляды, бросаемые именно на нее, становились все более маслянистыми и настойчивыми. Как мужчина бандит был вполне ничего – высокий, коротко стриженный, гладко выбритый, хоть бритва и не справилась до конца – скулы и подбородок отдавали синевой. Но вот его взгляд с безуминкой, шарящий по изящным ступням (туфли потерялись, еще когда их погнали в зал), оглаживающий бедра, старающийся нырнуть за колени к грудям...
Дикий усмехнулся, а потом вышел из зала. Раздался странный хрустальный треск, и из коридорчика, где располагались входы в раздевалки, потянуло морозной свежестью. Там была
Пессимизм