и легко вынесла в горницу, словно плюшевого мишку после стирки. А теперь Нелли Стружкина просто приоткрыла дверь и спросила:

— Кто такие? Чего надо?

И я услышал ответ:

— Погорельцы мы...

Голос был женский, усталый, страдающий, и я крикнул Нелли:

— Пусти их!

А сам торопливо натянул тренировочные брюки и спустился вниз по замечательно скрипевшей лестнице. «И загадочных древних ликов на меня поглядели очи...». Сразу четыре женских глаза источали небесную синеву, и она словно заполняла прихожую: «Расплескалась синева, расплескалась...».

— Разумеется, мы вас накормим, приютим и вообще, – хрипло сказал я и откашлялся. – Но сначала санпропускник: мытье и бритье лишних волос. Потом мы вашу одежду сожжем, а взамен выдадим чистую.

— Да, – подтвердила Стружкина. – У нас такой порядок.

С недавнего времени я установил в душевой веб-камеру, чтобы подглядывать за девушками, но я их знал и так, а теперь посмотреть за новенькими счел за удовольствие, а потому включил запись на ноутбуке. Наверное, я был неправ, что взялся рассматривать прелести двух уставших женщин – одной очень молодой, другой – постарше, но, что поделать, при всех моих минусах я – все-таки, мужчина.

Они были очень похожи, наши синеглазые гостьи, словно сестры, родившиеся с промежутком в двадцать лет. Удивительно красивые, стройные, особенно младшая, с большой, будто скопированной со старшей, грудью. Как же призывно качались их груди, пока Даша и Катя под призором Нелли их брили, превращая из женщин в девочек! Я и не заметил, как сзади подошла Кристина и сказала:

— Ага! Порнушку смотришь?!

Потом присмотрелась к изображению на ноутбуке и поправилась:

— Это наши гостьи. Мать и дочь!

— Уверена?

— Я же вижу!

— Тогда пойди, посмотри в их вещах какие-нибудь документы.

— А ты дрочить на них будешь? Ладно, пойду, пороюсь! Вшей бы не нахватать...

Смешно дрочить, когда рядом столько безотказных женщин, хотя они все в чем-то проигрывали моющимся в душе женщинам. У Кристины, хотя и крепкие, но груди были маленькие, исполнительная Нелли, если честно, подавляла своей массивностью, а девушки из детдома стали немного раздражать своей наивностью и громкоголосием ни к селу ни к городу.

Пришла Кристина, молча, сунула мне в руки какую-то сложенную вчетверо пожелтевшую бумажку, из которой следовало, что «Дорофеева Валентина Анисимовна Дорофеева и ее дочь Светлана Сергеевна стали жертвами стихийного бедствия, а именно, пожара, оставшись без средств к существованию и постоянного места жительства». Документ выдал некто Нефедов М. А., глава администрации села Нефедовка. Печать, подпись. И ни паспортов, ни свидетельств о рождении при них не было.

— Надо за ними присматривать, – сказал я Кристине, возвращая ей чужую справку. – Не сперли бы чего эти синеглазки. Бумагу верни, а одежду – в печь. И выдай им что-нибудь из наших запасов. Потом покорми на кухне.

— Ты их на ночь оставишь?

— Естественно. В другой угловой комнате наверху.

— Рядом с твоей, – ревниво заметила Кристина.

— Именно. Надо же с ними поговорить.

— Это теперь называется поговорить, – сказала Кристина и ушла жечь старую одежду наших гостий и выдавать им новую.

На экране ноутбука была видна только опустевшая душевая кабинка, я остановил запись и выключил портативный компьютер. На кухне камеры не было, да и чего интересного можно найти в том, как Кристина, поглядывая в окно, чистит картошку или режет лук. Поэтому я натянул поверх клетчатой рубахи тонкий свитер и спустился к гостям. Кажется, вовремя...

Кристина щедро навалила женщинам жареной картошки с тушенкой, и теперь они, в банных халатах и полотенцах, ели быстро, жадно, но аккуратно, прихлебывая из кружек крепкий сладкий чай. А Крыся говорила:

— Мы вам все дадим, одежду, деньжат немного, а

Эротические и порно XXX рассказы на 3iks

Прочтений: 18634

Чужие в Нью-Йорке

Случайно нашла себе Госпожу

Водитель автобуса. Король дорог.

Двигаясь дальше

Гоблин. Глава 3. Штрудель и тринадцать похотунов