о его попу, пусть и через пеньюар. Охватила ему голову, привлекла к себе и прильнула лицом к щеке. - Хочешь выспаться - спи! Днём, на скамейке, тебе не очень-то сладко поспится! - и через несколько минут она стала сладко посапывать, обхватив Олежкину голову так, что макушка оказалась у неё под мышкой, прижав его лицом сбоку к груди.
Олежка боялся шевельнуться. Но сон пока не шёл. Очень сильно болела развороченная дырочка, боль в ней спорила с болью в ягодицах, покрытых пылающими огнём рубцами. Несмотря на распахнутое окно, ему, прижатому к горячему телу госпожи, было жарко. Пот лился по волосам, заливая лицо. Он чуть-чуть повернулся, но Лиза крепче прижала локтём его голову.
Стараясь отвлечься и ни о чём не думать, вымотанный физически и душевно Олежка и не заметил как всё-таки задремал на груди у госпожи.
Солнце уже заливало комнату светом через распахнутое окно, когда Лиза, сладко потягиваясь, с блаженствующим лицом, приподняла за косички Олежкину голову. Тот сразу дёрнулся, прянул, мигом проснувшись, словно уже и не спал. Девушка взглянула к нему в лицо, словно вспоминая, какой бездонный океан удовольствий доставило ей это вконец затравленное, зашуганное сверх всякой меры существо, сейчас глядящее на неё полными смертельного ужаса глазами. Что-то вроде улыбки проскользнуло у неё на лице. Участилось дыхание, сильней забилось сердце, и какая-то жаркая волна разлилась от самого горла и до живота. Она несколько вытянула губы, пошевелила ими одна об другую с лёгким причмоком будто намереваясь поцеловать, и вдруг, схватив Олежку поперёк тела, подтянула его к себе, уложила, утопив лицом между своих грудей. Прижала за затылок, поглаживая по волосам. Он, поняв это по-своему, тут же затрепетал губами, с внутренних сторон грудей, под ними и между них. Отчего Лиза задвигала бёдрами, и прижав его сильнее, стала водить сверху по грудям и вокруг сосков концами Олежкиных косичек.
В двери тихо постучали. Не дождавшись ответа, стукнули громче, настойчиво, ещё и ещё. Совершенно "выпавшая" Лиза продолжала блаженствовать, абсолютно игнорируя стоящих за дверями подруг, сама пребывая словно в ином изменении. Наконец Вероника, при полном отсутствии у неё и зачатков тактичности, приоткрыла двери и засунулась головой в комнату. Лиза, сладостно дыша, лишь кивнула ей, и словно ничего не видя скользнула томным взглядом по заглядывающим через полуоткрытую дверь другим девчонкам.
Видя что гостья проснулась, и явно достаточно давно, те нерешительно зашли, но не посмели шагнуть далее полуметра от дверей, лишь наблюдая, а может и беря на заметку что-то из того, как Лиза делает себе удовольствие.
Между грудями у неё был виден только Олежкин затылок и часть макушки. Он поворачивал лицом, что-то там делая, отчего Лиза сладко потягивалась, вздрагивала и слегка извивалась, двигая плотно сжатыми бёдрами. Она лежала на спине, он - на животе, и оба были прикрыты одеялом чуть выше колен. У Олежки подол пеньюара задрался до середины попы, и ярко бросались в глаза такие белые, хоть и достаточно исполосованные сзади бёдра на фоне чёрных чулок и идущих вдоль ляшек резинок с застёжками. Красная середина трусиков выделялась на фоне разноцветных от рубцов распухших ягодиц.
Беря одну или другую Олежкину косичку, Лиза то пропускала волосы меж пальцев, роняла их, и они, рассыпаясь, падали на грудь; или брала её около конца и водила, едва касаясь, по грудям, также то одной, то другой косичкой, по правой или левой груди. Другой же рукой она непрестанно ласкала Олежку по волосам, пропуская и пересыпая их между пальцами, почёсывая ему голову. Девки уставились на эту сцену так, будто им было невдомёк, что это за такое
Летняя забава 2.Продолжение истории