Христа! Ноги не держат. Постели чего, я на землю лягу. А там уж сколь сможешь, столь и дрючь.
У Вовки в машине лежит покрывалко старенькое на всякий случай. Случаи-то разные бывают. Расстелил он его, Марковна улеглась на бок, ногу задрала, поясняет
— Через пузяку несподручно будет, ты уж с заду пристройся.
А Вовчику хоть лёжа, хоть раком, всё одно с законным браком. Как напутствовала свояка его маманя на свадьбе
— Люби жену, как Родину, еби, как врага народа.
— Ох, ох, Вовочка, задолбил старую, без сил оставил. Не врали бабы-то. С таким сладеньким век бы вековала. Таньку мою тожить так дрючишь?
— Танек твоих ещё хлеще.
— Говорю же - сучки. Дочь от матери недалеко ушла. Ой, Вова, ты никак спустил?
— Как поняла?
— Да будто кипятка из чайника плеснули. До чего же ты жаркий.
Вовка отстранился от задницы Марковны, едва опрастал запасы, вытер конец об ягодицу, встал. Марковна, кряхтя, встала на колени.
— Сил подняться нет. Задолбал старую. Вова, сюда иди.
Оросили травку мочой, оделись. Пора ехать. А вот и деревня. Всю дорогу Марковна нахваливала и самог Вовку, и его инструмент, а в конце пути предложила
— Ты, Вова, с момим Таньками по углам-то не прячься. Коли приспичит, ты ко мне заглядывай, а я кого из Танек кликну, а то и обеих. - Захихикала. - Авось и старой чего перепадёт.
2 - Валентина
Сидел Вова на крылечке, никому не мешал, семечки лузгал да по сторонам глядел, на природу, мать нашу, любовался. А почему бы и нет? Солнышко светит, теплынь, птички поют, насекомыши всякие летают и ползают. Лепота! Тут от калитки кто-то спросил
— Хозяева! Есть кто дома, ай нет?
— Есть. - Вова потянулся с хрустом, расправляя косточки. Знать по делу кто-то пришёл. - Заходи, кто ни есть.
Валька Дроздовская посетила Вову с дружественным визитом. А то. У нас почти как у политиков и правителей, всё на высшем уровне. Что-то бабёнке надо, не зря же в такую рань пришла.
Валентина встала перед хозяином, потеребила для чего-то подол платья, поправила его на груди, потом говорит
— Володь, я чо пришла-то. Ты шибко занятый? Нет?
Вовка усмехнулся. Если считать делом любование природой, лузганье семечек, то да, занят. А если не считать это за работу, то вовсе свободен.
— А для чего это ты, Валентина, интересуешься? Если в город надо, то нет, не поеду. Я вчерась мальца на грудь принял, а там в городе всякие гайцы. Ну его к бесу нарываться. Завтра, если терпит, а нет, так на автобус иди.
Валька удивилась
— Вот блядь! - Валентина одна из самых-самых деревенских матерщинник. Она матом не ругается, она на нём разговаривает. - Слова сказать не успела, а он уже отбрил. Да не надо мне в город, а по другой докуке к тебе. Подвинься.
Мало места на крылечке, никак задницу не уместить, если не сдвинуть в сторону хозяина. Всего-то метра три крылечко. А задница у Валентины не сказать, что необъятной ширины. Обычная бабья жопа стандартного, по деревенским меркам, размера. До стандарта городских тощих вешалок, конечно, не дотягивает. Ну так кто же в деревне 90Х60Х90 считает за стандарт. Такую скорее пожалеют: Бедолага, голодает, небось, подкормить бы надо. Или больная какая. А может глистов попробовать вывести, вот и раздобреет.
Подвинулся Вова, Валентина уместила свою корму, поёрзала,
Вожатая (реальная история)