звезды сошлись для того, чтобы у нас всегда было достаточно времени наедине, когда мы станем взрослыми. Просто не было ничего плохого ни в нашем браке, ни в нашей сексуальной жизни, ни в нашей семье, до того момента, как это произошло.
Я искренне верю, что именно наш постоянный флирт, привел ко всему этому сексу. Чем больше Стейси делала для семьи, тем счастливее я был. Я не переставал делиться этими мыслями со Стейси. Когда я был рядом с ней, у меня не было фильтра на свои мысли. Если ее еда была вкусной, я говорил ей об этом. Если я думал, что она выглядит сексуально в своем новом наряде, я так и говорил. Мой разум постоянно был заполнен мыслями о Стейси и нашей семье. Если мне приходила в голову умная мысль, я записывал ее и отдавал ей записку позже. Если я видел ее любимую шоколадку, или цветок, или еще что-нибудь на сумму менее 20 долларов, я покупал это для нее и делал ей сюрприз в какой-то день. Она была такой же со мной. Это было здорово - быть влюбленным в своего лучшего друга и постоянно слышать, как сильно он тебя любит и как сильно ты заводишь своего партнера.
Те несколько месяцев разочарований в начале нашего брака, были всего лишь вспышкой в нашей жизни, которая вскоре забылась и сменилась любовью, которую я не могу описать. Если вы отец, вы понимаете, о чем я говорю. Вы любили свою супругу до появления детей, но дорожили ею и после. Вы восхищаетесь ее внутренней силой как матери и безоговорочно любите своих детей. Это самое восхитительное переживание на земле.
В течение пятнадцати чудесных лет, это был мой мир. Пока не перестал им быть.
***
Я не эксперт по изменам жен. Вы можете отнести это в банк, одобрить и обналичить любую сумму денег. Я бы поставил свою веру в верность моей жены, против любого пари, которое вы бы предложили. И узнать, что я ошибался, причем так долго, было самым тяжелым, сокрушающим дух, дезориентирующим событием в моей жизни.
Если с вами такое случалось, я не могу сравнить свои чувства с вашими. Я могу только предположить, что у всех этот опыт разный. Если с вами такого не случалось, считайте себя благословенным. Все, что я могу предложить - это мысли, которые пронеслись в моей голове, и то, как в течение семи дней, полностью изменился мой взгляд на жизнь.
Сначала был шок. С того момента, как мой разум сопоставил реальность услышанного и увиденного со своей жизнью, и до того, как я очнулся, спустя несколько часов, на полу ванной комнаты отеля, покрытый потом и рвотой, мое тело работало на автопилоте. Я помню, как обменивался визитными карточками с Робертом Полсоном. Я помню, как пожимал ему руку и не хотел этого делать. Я помню, как мне было холодно. Как он не заметил моих дрожащих рук, я никогда не узнаю.
Я помню, как поднимался на лифте на свой этаж в отеле. Мой желудок поднялся к горлу в тот момент, когда он начал двигаться. Я помню, как наклонился, уперся руками в колени, пытаясь перевести дыхание и прийти в себя. Я помню ощущение в груди. Это была не обычная боль, даже не самая мучительная. Это было нечто гораздо большее. Как будто все мое тело, сжимала какая-то невидимая сила, заставляя кости моего тела скрестись о каждую мышцу, сухожилие и нервное окончание. Было буквально больно каждый раз, когда я двигался, даже просто дышать.
Вопреки (Part 6)