Стрельба в Милосердном Господе нашем (Полная версия)
Категории: Измена | Классика
Добавлен: 21.01.2023 в 08:15
– она познакомила меня с тетями, дядями, кузенами, даже со старым школьным парнем. Я обнаружил, что ревную, несмотря на то, что это было 12 лет назад и то, что он женат и имеет ребенка.
После нападения на больницу прошло почти три месяца, когда агенты Национальной безопасности арестовали всех известных членов Всемирного исламского халифата в США. Всего было арестовано четырнадцать человек в Миннеаполисе, Лос-Анджелесе, Детройте и на ферме в тридцати милях к югу от Форт-Уэйна, штат Индиана. Именно на ферме они прятали оружие, взрывчатку и оборудование, полагая, что в сельской местности это будет менее заметно. Возможно, так оно и есть. Национальная безопасность действовала так, как она действовала, потому что были доказательства того, что скоро произойдет еще одно нападение, хотя точное время и место не разглашались. (Оказалось, что третья, должная стать знаменитой, самоубийственная атака была запланирована на праздничный сезон, но ни детали, ни цели не разглашались.
Это всегда была небольшая и радикальная группа, в основном ближневосточная, но с амбициями принести террор в Америку. Ее лидером был Ахил Али, относительно незначительный священнослужитель с определенной концепцией безжалостного и злого бога. Али вступил в перестрелку с федеральными агентами, пришедшими за ним в Миннеаполис, но когда у него закончились боеприпасы, из него вышибли дух, и он был схвачен. На ферме двое сражались насмерть, но остальные были схвачены посреди ночи, еще в постели.
Федеральные агенты были уверены, что полностью захватили группу; вторая ее половина оставалась в известных местах на Ближнем Востоке, но была хорошо идентифицирована. Это была очень серьезная группа, претендовавшая на статус «Аль-Каиды».
На следующий день после арестов по всей стране мне позвонил Ремарк.
– Мистер Бак? Это специальный агент Ремарк.
– Да, вам не надоедает все время говорить «специальный агент»? Мне так и хочется узнать, что именно делает вас специальным.
– Да, – рассмеялся он, – но мне не разрешается говорить просто агент, офицер или еще что-нибудь. Таково правило. У меня – хорошие новости. Вы скоро увидите это по телевизору: мы думаем, что арестовали всех членов той террористической группы, что расстреляла вашу больницу. Во всяком случае, тех, кто есть в стране. На завтрашней встрече мы будем обсуждать вашу анонимность, но, скорее всего, она будет снята. Возможно, для вас опасность – не больше чем для других. После совещания я вам позвоню, чтобы сообщить о решении.
– Хорошо, хотя анонимность мне нравится. Для всех это хорошая новость. Похоже, вы, ребята, проделали большую работу.
– Да, это так. В течение двух месяцев Яя не спал ни одной ночи.
Он на мгновение замолчал, прежде чем продолжить:
– А вы когда-нибудь говорили своей жене, что застрелили их?
– Нет. Через неделю после стрельбы она со мной развелась. Спасибо, что позвонили, и, пожалуйста, позвоните после встречи с любым решением. В любом случае я бы хотел знать. И поспите немного.
– Конечно, мистер Бак. Мистер Бак? – спросил он.
– Да? – ответил я.
– Поразительно, правда. То, что вы сделали. За несколько секунд вы защитили заложников и устранили угрозу. Мы улучшили видео, на котором это видно, но не смогли правильно записать звук. Что вы там кричали? А потом вы сказали нечто вроде...
– Думаю, это был старый крик морпеха, «ху-ра» или что-то в этом роде, но после я сказал: «Вы трахнулись не с тем морпехом».
Я улыбнулся.
– Слышал это в кино. Был в восторге.
– Похоже на то. Ребята над этим смеялись.
– Ничего оригинального. Спасибо, Эрик.
– Завтра.
Щелк.
На следующий день Ремарк позвонил около десяти утра и сказал, что все записи, касающиеся «Милосердного Господа», за исключением секретного файла, содержащего информацию о
Я художник