- сказал Большаков. – К тому же, из-за старой травмы колена, должен поберечься... Хотелось бы съездить в горы...
— Мой Сеня хороши играет... - подала голос Томочка. – Он, этот... хавбек... Или как по-нашему?
— Полузащитник. Это хорошо. В зависимости от ситуации, может быть и в нападении...
— Если на задержится, до начала игры... - неосторожно заметил Саша.
— Обязательно придёт! Он же знает, как я его жду! – не удержала эмоции Томочка, и быстро глянула в сторону Большакова.
Тот ободряюще улыбнулся, мол - всё нормально!
— Пока только четверо... А надо одиннадцать...
— Это если полными составами играть будем...
— И, кого-нибудь, в запасные...
— Наберём из вожатых! Я этим займусь... – сказал Борис Петрович и посмотрел на «Командирские», - Пора! Игорь идёт на прыжковую яму... Саша – судит шестьдесят метров. А Тома проводит турнир по настольному теннису. Так?
— Да, - охотно откликнулась команда.
— Отлично! За дело!
Спускаясь по ступням крыльца столовой, Томочка, неожиданно для БП, игриво толкнула его ногу упругим бедром:
— А вы хотели обойтись без меня! - и солнечно улыбнулась. Радостно и красиво, как умела только она...
В душе Большакова окончательно похорошело...
...
Под знаменитое Пугачёвское: «Лето, ах, лето!» на территорию «Ястребка» входили сразу две компактные колонны: через центральную арку лагеря - поднаторевшие походным проживанием романтики Речной Косы; в хозяйственные ворота - болельщики и футболисты «Юного Ленинца».
Обе группы сошлись на футбольном поле лагерного стадиона. Здесь их приветствовала ЛС. Произнесла заготовленный спич о пользе спортивной жизни. Поздравила романтиков с открывателей палаточного городка и первым в истории «Ястребка» многодневным походом. Гостей - с почином межлагерных соревнований. Поручила старшему физруку «Ястребка» вручить участникам похода значки «Турист СССР», гостям – сувенирный вымпел, и, посетовав, что вынуждена заниматься хозяйственными делами, - благополучно упорхнула встречать гостью из областного управления.
Едва дождавшись конца официальной части, Томочка сразу же прильнула к мужу.
— Как хорошо, что ты пришёл! Я так соскучилась... - говорила супруга сияя счастливыми глазами и одновременно недоумевая, почему рядом с ними, с Сенечкиной гитарой за спиной, стоит, какая молодица, и ревностно смотрит на её нежности.
— Наташка! – узнал Борис Петрович.
За неделю, что прошла после его вынужденной задержки на Косе, и того, ЧТО там было, медсестра заметно изменилась в лучшую сторону: загорела, стала казаться ещё стройнее и выше.
— У нею с руководителем похода роман, - сказал за спиной Большакова, Николай. – Трахались, как кролики... А эта цыпочка - ничего себе, выглядит эффектно. Но твоя физручка лучше. Я бы не отказался их обоих в радиорубку пригласить...
— Не «обоих», а – обеих, - чисто механически поправил радиста Борис, не оборачиваясь, дабы скрыть вспыхнувшие на его лице эмоции. – С чего взял, что Арсения с медсестрой любовники?
— Верняк! Грузчики рассказывали... А им сторожа... В первую же ночь, после костра, медицинская палатка ходуном ходила... Слушай, старшой, получается, если твоя физручка об этом узнает, она же вправе... так сказать – отомстить? Верно?..
Ипостаси Большакова мгновенно оживились:
«Какой случай, шеф! Совпадение обстоятельств!» - и напомнили по Томочкину попку.
«Про смазку не забудь... - "сказал" Петрович, - наверняка, ещё девственница...»
Борис Петрович резко повернулся к стоящему за спиной сплетнику:
— Отомстить? Возможно. Только от кого она про эту измену узнает?
— Так сорока на хвосте принесёт...
— Что-то я у этой «сороки» хвоста не вижу, - сказал Большаков и подумал, глядя в услужливое лицо «Аллен Делона»: «А ты, оказывается, ещё и интриган...»
...
Поскольку среди вернувшихся из похода подростков, тоже оказались желающие участвовать в поединке, совместным решением сторон, решили - дать таким энтузиастам немного отдохнуть (всё-таки двенадцать километров протопали!),
Мои голые приключения. Глава 2.