меня из больницы. – Два мальчика занимают друг друга, а твоя дочь – девочка, которую я всегда хотела.
Я знал, что лучше не спорить, но мысленно уже прикидывал, как вложить деньги в фонд колледжа для ее детей. Когда мы повернули за угол к дому Джанет, я удивился, увидев припаркованный перед ее домом длинный лимузин.
Еще больше я удивился, увидев мою бывшую жену Доун и еще одну женщину, стоящих на крыльце.
Джанет пробормотала: «Где-то деревня ищет своего идиота», после того как припарковалась и помогала мне выбраться с пассажирского сиденья.
Доун и строгая женщина держались на крыльце, пока Доун помогала мне подняться по дороге.
– О, Боже! – воскликнула Доун, протягивая ко мне руки. – Я приехала, едва смогла договориться о самолете и лимузине.
Пока Доун обнимала меня, я стоял неподвижно. Когда она разжала объятия и отступила назад, чтобы посмотреть на меня, я увидел, как что-то мелькнуло в ее глазах.
Я никогда не был приверженцем всего этого движения за здоровье. В отличие от большинства недавно разведенных мужчин, я не стал бросаться в экстремальную программу физических упражнений. Это плюс малоподвижный характер моей работы сделали меня «запасным колесом».
– Ну, Энтони, не беспокойся, – сказала Доун, ткнув пальцем мне в живот. – У меня есть новая диета, которая скоро приведет тебя в боевую форму.
Я был не в настроении слушать вегетарианскую лекцию Доун.
– Индустрия диет – единственная прибыльная отрасль, продающая продукт с 98-процентным процентом неудач. Подавляющее большинство людей, даже если они сбросили сотни фунтов, через пять лет набирают все фунты обратно, кроме семи. Кроме того, я уже в боевой форме; я слишком толстый, чтобы убежать от любой драки.
Доун попыталась рассмеяться.
– Очень смешно. Ну, немного ходьбы и упражнений дадут тебе новую здоровую жизнь.
Моя рука пульсировала, и я устал.
– Доун, если бы ходьба и езда на велосипеде были полезны для здоровья, почтальоны были бы бессмертными. Кит плавает весь день, ест только рыбу, пьет воду и толстеет. Кролик бегает, прыгает и живет всего пятнадцать лет. Черепаха не бегает, ничего не делает, но живет до 450 лет. А теперь скажи мне еще раз, почему я должен заниматься спортом?
Доун посмотрела на Джанет, стоящую рядом со мной.
– Теперь я понимаю, откуда у тебя такое созависимое отношение к отсутствию физических упражнений. – Я думаю, Доун делала замечание по поводу пухлых бедер Джанет.
Глаза Джанет сузились, когда она огрызнулась:
– Знаешь, есть много доказательств того, что женщины, носящие несколько лишних килограммов, живут намного дольше, чем худые сучки, считающие килограммы и избивающие до смерти женщин, имеющих лишний вес.
Строгая женщина рядом с Доун подалась вперед, чтобы протянуть руку.
– Здравствуйте, Энтони, я – публицист Доун. Мы все взволнованы этой возможностью...
Доун перебила ее:
– Какое прекрасное завершение моей истории! Я тебя выхаживаю, и мы снова становимся семьей!
Публицист кивала головой как кукла.
– Канал «Лайфтайм» был вне себя от радости, когда мы им это предложили. Возможно, мы даже сделаем из этого сериал.
Доун протянула мне руку.
– Это может означать большие деньги и славу для меня... то есть для нас!
– Нет, – сказал я четко и спокойно.
– Что? – в унисон ответили Доун и ее публицист.
– Нет, – повторил я. – Какая часть «Нет» была неясной?
Публицист начала минимизировать ущерб.
– Энтони, я на вашей стороне, поэтому вам нужно прислушаться к Доун.
Я покачал головой.
– Неважно, о чем идет дискуссия, всегда найдется кто-то на твоей стороне, кого бы ты хотел видеть на другой стороне.
Публицист вела себя так, будто я ничего не говорил.
– Я знаю, что вы недавно пережили травму и, возможно, не совсем хорошо соображаете.
Клуб "Последний каприз"