девочки, и мы хорошо поговорили. Потом я просто лег спать.
***
В воскресенье я снова впал в уныние. День был хороший, и мне нечем было заняться, кроме как размышлять о состоянии моего брака. Что бы ни говорил Милт, я знал, что мы с Ли никогда больше не сможем быть вместе. От этого мне было грустно, но это – правда. Я сделал еще одну длинную пробежку, спустился к торговому центру, вдоль реки, и вернулся домой. Я принял душ и отправился к своим родителям на воскресный пикник. Я привел потомство.
Близнецы были в лучшем настроении. У них была телеконференция с Ли, которая, должно быть, воспрянула духом, потому что подбадривала их. Я задавался этим вопросом. Мама сказала, что не было никаких упоминаний о Большом Эл, неверности Ли или смерти Ларри. Только разговоры о школе. Ли сказала девочкам, что увидится с ними, как только поправится.
Я хорошо провел время с родителями и девочками. Когда они были в бассейне, я сказал родителям, что видел, как Большой Эл был сбит и умер. Они были потрясены.
Мой отец сказал:
– У тебя ничего не было... ну, знаешь...?
– Нет, совпадение. Я был в том парке с Милтом, разговаривал. Он просто уехал, а Ларри сбили. Он рванул на улицу за своим мячом.
– Хорошо. Ну, не могу сказать, что мне жаль. Пусть Господь смилостивится над его душой.
Мы сменили тему.
***
В понедельник мне позвонила Джоан Эллис. Во-первых, хотела узнать, как я отношусь к смерти Ларри. Она не знала, что я был там. Мое имя не было опубликовано. Я рассказал ей всю историю, и она была поражена, может быть, немного подозрительна. Я знаю, что на ее месте я бы тоже был подозрительным.
Затем она сказала, что документы будут готовы в среду, и попросила сообщить, когда я хочу, чтобы они были вручены. Я сказал ей немного подождать, потому что Ли – в плохом состоянии. Я дал своего рода обещание Милту.
Дети решили пойти в школу, хотя смерть Большого Эл и его выходка за неделю до этого были большой новостью. Я остался один и решил поработать, отработав полдня на армию. Два или три часа я занимался своими делами. Потом забрал девочек из школы, после их дополнительных занятий. Мы поели пиццу. Это то, что я мог сделать сам, и им нравилась моя пицца. Мы провели хороший вечер, но они обе спросили перед сном, о том, вернется ли их мама? Я честно ответил на этот вопрос.
– Не думаю, что у нас будут те же договоренности, что и раньше. Не могу сказать, что принесет будущее, но не вижу, чтобы мы вернулись к тому, что было. Нас ждет что-то другое. Но мы оба всегда будем любить вас обеих.
***
Во вторник позвонил Милт. Звонила и Эллен. Они хотели встретиться. Я сказал, что приду в «Старбакс».
Когда мы взяли напитки, Милт сказал, что связался с психологом, занимающимся семейным консультированием, и попросил меня принять участие в этом вместе с Ли. Эллен сказала, что если мы разведемся на почве супружеской измены, то суд, скорее всего, все равно назначит консультацию.
– Хорошо, – сказал я. – Но... не буду врать, если мы и впрямь в это ввяжемся и углубимся, я все равно не вижу, чтобы это ей помогло.
Эллен сказала:
– Мы не просим тебя лгать. Просто двигайся потихоньку, выслушай психолога, поговори с Ли. Иначе, я думаю, у нее будут большие проблемы. Несчастный случай с Ли, похоже, ее напугал. Мы не сказали ей, что там был ты.
***
Первый сеанс был назначен на следующий понедельник в десять утра. Я
Принцесса познаёт настоящую мужскую силу.