В назначенное время, я скользнул в огромный салон серебристой машины, и она тут же набрала скорость.
— Как твоя мама? – спросила Ирина Анатольевна с неожиданным участием.
— Н… нормально, - после утреннего звонка, я ожидал разговора на другую тему. – Устала… больше обычного…
— Очень хочется развлечь с тобой, но думаю, сначала лучше поговорить. О многом...
— Очень хочется развлечь с тобой, но думаю, сначала лучше поговорить.
Как мне самому это необходимо! Я был настолько удивлён, что старался вообще не обдумывать факт того, что увидел.
Мы проехали пару кварталов, и вышли из машины. Женщина начала спускаться в неприметный подвальчик, и я пошёл за ней. Внутри, оказалось почти пустое кафе… или ресторан, обставленный массивной деревянной мебелью. Столики были разделены толстыми перегородками, а на стенах висели репродукции классических картин полуобнажённых женщин. Искусством я не сильно увлекался, но увидел немало знакомых тел. Ирина Анатольевна выбрала самый дальний угловой столик, что-то прошептала появившемуся официанту и повернулась ко мне.
— Дело в том, что я ненавижу мужчин, и ненавижу женщин, которые так безропотно им покоряются, - начала она разговор. – Возможно, эта ненависть вызвана тем, что я сама, такая же. Вчера я… пару раз ударила твою мать плёткой, но она слишком привыкла к такой боли. Тогда, я засунула в неё подставку для карандашей. Она орала, извивалась, но даже не пыталась протестовать…
Я сидел с каменным лицом. Если бы не утренний разговор с мамой, я бы вцепился Ирине Анатольевне в волосы. Сейчас, я не знал, как мне реагировать.
— Когда-то, сама была такой, - она замолчала, пока официант расставлял заказ и наливал вино. – К счастью для меня, ненависть дала мне силы вырваться из этого порочного круга. Я поняла, что угождать всем во всех прихотях, это – порочный путь. Кому-то, надо позволять всё, это полезно и правильно. Кого-то, надо держать за яйца… Именно это, позволило мне подняться выше, чем твоя мама. Я прекрасно вижу, что ты похож на неё, и я могу сделать с тобой всё что захочу… Разумеется, я буду это делать. А ты, будешь орать от боли и целовать мне ноги.
Я жевал что-то, наверное, очень вкусное и дорогое, запивая вином. Признаваться в том, что она права, мне совсем не хотелось, но и отрицать… не мог…
— Почему я тебе всё это рассказываю? – она сделала паузу, ожидая ответа.
— Из-за дочери, - легко догадался я.
— Совершенно верно. Точнее сказать, из-за сына, - Ирина Анатольевна внимательно смотрела на меня.
Изображать удивление у меня не было сил, а признаваться в том, что вчера увидел… не хватало решимости.
— Была вечеринка, вроде той, что с твоей матерью. Сначала, их было четверо, потом ещё двое или трое… Разумеется, я пила противозачаточные, поставила спираль… В таких случаях, мужчины не утруждают себя презервативами. Несмотря на все преграды, чей-то сперматозоид, сумел… добраться до цели. Я даже не пыталась выяснить, кто именно отец. Когда сказали, что будет мальчик, я была в ужасе и хотела оторвать его похотливый членик, едва он покажется из утробы. Разумеется, я помнила про алкоголь, и решила пройти полное обследование. Как оказалось, у ребёнка будет генетическая аномалия. Псевдогермафродитизм.
Я не понимал, что это означает и зачем она всё это рассказывает… Точнее, понимал – ей надо выговориться. Но, неужели не нашлось никого… более подходящего…
— Записали мальчиком, потому что был член. Ребёнка я назвала Марат, потому что именно это слово было вышито на халате всех медиков, просто название фирмы. Неплохо характеризует, как я относилась к собственному сыну. Первые годы, я всё свалила на няню
Менты