— Да, — констатировала с удовлетворённым видом она, резко сменив интонацию. — Видеоролик и вправду получился отменный, длиной минут пять. Вернее, два ролика, финал с уберфапом я записала отдельно, можно будет потом для прикола выдать второй ролик за первый. О, я уверена, Микуру-тян заценит их оба.
* * * * * * * * * * * * * * * * * * * * *
Не сказать, чтобы я даже особенно испугался.
Всё происходящее мне показалось сперва воплощённым театром абсурда, я не мог на краю несостоявшегося оргазма толком осмыслить происходящее.
Часть моего сознания полагала, что Харухи вряд ли сделает это и просто пытается от меня чего-то добиться, другая часть разума — боялась непредсказуемой психопатки и не менее отчётливо понимала, что если видео всё-таки попадёт к Асахине — мне не выжить.
— Ты не сделаешь этого! — услышал я словно со стороны свой звереющий голос.
— Почему нет? — самодовольно скрестила руки на груди Харухи. — Микурочка должна знать, с каким извратом связалась.
— Я не такой!
— Вот мы сейчас отошлём ей это и послушаем, что она скажет.
— Ах ты... — я с рычанием выпрямился, ощутив в тот же миг боль в паху от прерванного почти у финала занятия.
Судзумия хихикнула.
— Запись в «облаке», она велась туда изначально, а для удаления её нужен код. Можешь забрать смарт, если желаешь, это ничего не изменит.
Я бессильно сжал и разжал кулаки, после чего рухнул обратно на стул. Ну да, в отсутствии дешёвой предусмотрительности по ходу глупых шпионских игрищ её никто ещё не обвинял.
Пах снова скрючило болью, поза стоящей напротив с гневно-торжествующим видом Харухи вдруг показалась мне необыкновенно притягивающей. Я свёл ещё раз вместе колени, скрипнув зубами.
— И ты не извратник? — Она оказалась едва ли не в полушаге от меня, склонилась, почти дыша на меня, глаза её откровенно сверкали иронией. — Рука твоя чуть ли не сама собой тянется туда при виде любой симпатичной девушки, признай это. Каждой.
Я сжал зубы крепче, чтобы не сорваться и не наговорить глупостей, Судзумия же принялась с задумчиво-презрительным видом рыться в сумочке.
— И я ещё собиралась попросить помощи у тебя в сортировке и обработке самых лучших из снимков, на которых мы с Нагато и Микуру позировали для новой рекламной кампании. Ну, по большей части с Нагато. Что за стыд! Я и не подозревала тогда, что планирую показать эти фото бесстыжему извращенцу.
Она извлекла из сумочки и кинула гневно на клавиатуру стопку листов, верхний из которых заставил меня моргнуть и вцепиться пальцами обеих рук на всякий случай в краешек парты.
Юки, Микуру и Судзумия вместе втроём в предельно минималистичных костюмчиках? Полупрозрачных, пляжных и разноцветных, не скрывающих почти ничего, демонстрирующих жаркую плоть?
— Нравится? — Харухи рассматривала меня со странным хмуро-въедливым торжеством. Стояла она так близко, что ножка её, то ли случайно, то ли умышленно, располагалась почти что меж моих бёдер и мешала их сдвинуть. — Листай тогда дальше, чего уж там.
Я перевернул страницу.
Юки, стоящая на коленях, смотрящая на зрителя со странно томным выражением личика. Как, каким образом Харухи могла развести её на подобное? В руке Нагато держала снятые с себя очки, при этом — я готов был поклясться — касаясь губами их скобы, облизывая её.
Мои собственные колени чуть дрогнули.
— Дальше, — велела безжалостно Харухи. — Не останавливайся, если уж так пошло дело. Смотри уж тогда, любуйся.
Я перевернул лист опять.
Хрустально-невинная Юки Нагато в образе горничной — хотя никто бы не спутал её кристаллическую невинность с трогательной беззащитной невинностью Асахины-сан.
My story