Похоже она поняла что ошиблась и ситуация для неё всё больше пахнет жаренным. Пышная грудь П**зды начала заметнее вздыматься и опускаться, а лицо и пышную грудь начал заливать румянец.
— Вовсе нет мой господин! А чего Вы пожелали бы, с того и начнем.
— Марина Павловна, - сказал я, откинувшись на кресле, - я так понимаю, что ты теперь моя рабыня по кличке П**зда. Я как-то видел тебя голой, но не успел рассмотреть.
Она снова подняла на меня глаза. Возможно она собиралась попытаться уговорить меня, но наткнувшись на мою хищную ухмылку, взгляд её выразил тень обиды и презрения, а потом она снова спрятала глаза. Чуть помедлив, она ответила:
— Прикажете мне раздеться? - с явным неудовольствием спросила Марина.
— Снимай платье, шлюха, - с нажимом произнес я.
Всем своим видом она выражала что сдаётся вынужденно. Моя бывшая начальница расстегнула своё цветастое платье и медленно опустила его к красным туфлям на коротком каблуке.
— Как прикажете господин.
— И бельё тоже.
Груди 5-го размера высвободились из чашечек кружевного красного бюстгальтера и развалилась на её округлый живот. Когда она спустила трусики, я увидел то, чего не запомнил на первой встрече: весь её лобок покрывала татуировка щупалец осьминога.
— Ух ты! И правда ты та ещё Пи**а!.. Сядь на кровать и раздвинь ноги, чтобы я полюбовался тобой.
Она послушно развернула передо мной свои прелести. Расстояние до кровати было метра 1, 5, жирная баба со щупальцами из вагины, с которой я могу сделать что угодно!! Не знаю, чего грозило больше - психологическая травма или инсульт от перевозбуждения.
Вспомнил её анкету. Самым безобидным там была порка. Поднявшись с кресла я вооружился шикарной шлёпалкой, висевшей на стене и приказал Марине Павловне стать раком.
— Ты су*ка посмела ослушаться моего прямого приказа, когда я велел тебе прислать фото твоего лица, а ещё посмела обратиться ко мне по именя. Думаю надо проучить тебя, получишь 50 ударов, - и вспомнив тактику Алёны Александровны, добавил - считай вслух, шлюха!
Первые удары были волнительны для меня. Жирные ягодицы заколебались, а она покорно громко отсчитывала шлепки. К 30му удару её ягодицы, между которыми тоже проглядывали щупальца, изрядно раскраснелись. Доведя дело до 50, когда она уже начала считать с заметным придыханием я бросил на кровать шлёпалку, подошёл и добавил пару ударов ладонью. Затем раздвинул ягодицы и полюбовался её розовым анусом, который немного выпирал наружу от многих трудов. Стояк у меня был железный, но трахать её смелости мне как-то не хватало.
"Что-то надо делать с этой самкой." - вертелось в голове.
Я приказал её взять самый большой самотык, который попался на глаза, вставить себе в анальный проход и немного поскакать на нём. Она спросила разрешения использовать смазку. Я сначала отвесил оплеуху за дерзость и плюнул в лицо, а потом великодушно разрешил. Пока она намазывала дилдо смазкой, я решил снять одежду, т.к. мой елдак был готов прорвать брюки.
Баба теперь уже преданно глядя мне в глаза начала насаживать на большую резиновую игрушку. Судя по всему, это по задумке был фаллос какого-то мифического создания (кажется драконий). Я взял плеть с полосками (вроде это называется флогер) и хлестал её сиськи. Её чуть подсушенные возрастом губы в красной помаде были плотно сжаты, как у строгой преподавательницы во время контрольной.
— Открой рот! - приказал я, и она подчинилась.
Я схватил её обеими руками за голову и насадил её распахнутым ртом на свой фаллос Она легко приняла мой ствол по самый корень, и я начала дрочить себе её лицом. Самка захлебывалась и задыхалась, но я не
мечта детства осуществилась в армии и я стал женщиной