пишу, и проверять всех моих друзей в Интернете, бабушка, — горячо возразила Шарлотта. — У меня будет всего несколько друзей, и Фейт будет одной из них... я надеюсь. Мы не должны говорить маме, так как она не хочет слышать о семье Фейт.
— Думаю, все будет хорошо, но я буду следить за тобой, как ястреб, — пообещала Сандра. — Фэйт нужна подруга, а не та, кто жалуется на ее отца. Не говори ей, что твоя мама была замужем за ее отцом. У вас одинаковые фамилии просто по совпадению, — предостерегала внучку Сандра, хотя и задавалась вопросом, не совершает ли она огромную ошибку.
***
Энджи добилась больших успехов в своей карьере лоббиста в Вашингтоне, но уже начала уставать от высокого стресса, в который превратилась ее жизнь. Пробки в округе Колумбия были сущим кошмаром. Мужчины, с которыми она общалась по работе, с каждым годом становились все большими свиньями. Несколько человек предположили, что Энджи будет лучше, если и она будет относиться к мужчинам "лучше'.
Они говорили ей, что она будет более успешной, если будет спать с ними. Хотя за эти годы Энджи имела две довольно короткие связи с подходящими холостыми мужчинами, из этого ничего не вышло. Оба мужчины в конце концов поняли, что Энджи не будет эмоционально вкладываться в их отношения, и ушли. Другой мужчина, который, как она считала, имел потенциал, был исключен, когда на третьем свидании он высказал свое отношение к одиноким женщинам с детьми.
Шарлотта быстро росла, и Энджи чувствовала, что проводит недостаточно времени с дочерью. Поскольку дорога на работу отнимала у нее много времени, а также требовала полной загрузки, Энджи проводила вдали от Шарлотты по десять-двенадцать часов каждый рабочий день. Это было слишком долго. Ей нужно было найти способ принимать более активное участие в жизни дочери.
Она страдала от выгорания. Она проработала у одного работодателя десять лет, и ей больше нечего было доказывать. Она была успешной и хорошо оплачиваемой, но никогда не чувствовала настоящего удовлетворения от своей работы. Она часто задавалась вопросом, была бы ситуация иной, если бы они с Блейком остались женаты и завели семью.
Шарлотта едва сдерживала свое волнение, когда услышала, как ее мама рассказывает тете Карле, бабушке и дедушке о предложении работы в Монтане.
— Ко мне обратились представители лесной промышленности Монтаны. Им нужен человек, который будет лоббировать их интересы в столице штата Хелене, а также в Вашингтоне, — рассказала Энджи.
— Ирония того, что я рассматриваю возможность устроиться на работу в Монтане, родном штате Блейка, не ускользнула от меня, — признала Энджи, увидев взгляд, брошенный на нее Карлой. — Я была довольно эгоистичной и настояла на том, чтобы Блейк нашел работу здесь, чтобы мы могли быть поближе к Вашингтону. Теперь я ненавижу это место.
— Значит ли это, что ты переедешь в Монтану? — спросила Сандра. — Я не хочу думать о том, какой будет моя жизнь без Шарлотты. Она такая очаровательная девочка.
— Я еще даже не проходила собеседование, так что еще не надо плакать, мама. Мне кажется, я должна сказать тебе, что если я получу эту работу, я буду проводить большую часть времени там, изредка приезжая в Вашингтон. Я буду брать Шарлотту с собой, когда смогу, и она сможет проводить время с тобой.
— Я должна смотреть в будущее. Мне не нравится долго ездить на работу, люди, с которыми я работаю, и постоянное давление со стороны руководства, которое заставляет меня добиваться результатов, — заявила Энджи. — Я должна обсудить это с Шарлоттой. Ее счастье — это
ПЕРЕВОСПИТАНИЕ ЛЕСБИЯНКИ