дыхания на ее ухе и шее, но она тихонько смеется почти все время, пока я говорю.
— Да, — задыхается она. — Да, я очень хочу вступить в этот клуб.
— Я знала, что ты захочешь, — говорю я. — Я умаслю твою маму. Возможно, вам придется заключить сделку.
Мой шанс рассказать Барбаре Горецки о Клубе выпадает после захода солнца. Подростки натягивают толстовки и сидят вокруг костра. Папы в доме смотрят футбол по телевизору. Мамы собрались в небольшие группы, чтобы посплетничать и обсудить подростков и отцов. Я усаживаю Барбару в укромное местечко у сарая с инструментами в моем дворе.
— Здесь пахнет бензином, — говорит она, ее голос дрожит от выпитой "Маргариты". Одну из них она пьет прямо сейчас.
— Еще немного, — говорю я, уводя ее от света цитронелловых факелов во дворе в темноту за сараем. Голоса участников вечеринки приглушены до рокота. Пространство между задней частью сарая и забором тесновато для грузной домохозяйки.
— Что мы здесь делаем, Линдс?
— Уолтер тебе изменяет, — говорю я. — Можешь не говорить мне, я знаю это. И я знаю, что ты это знаешь.
— Что? — Ее голос становится удивленным.
Я беру ее пухлую руку, сжимаю ее и притягиваю к своей груди.
— Может быть, его измена не такая поганая, как у Тайлера, но она оставляет такую же дыру в твоей жизни. — Я наклоняюсь чуть ближе и говорю. — Твои желания.
— Мои желания?
— Они не выполняются. Он изменяет, а ты ждешь, когда он вернется домой. — Я наклоняюсь еще ближе. Я говорю еще тише. — Но ведь тебе нужен не мужчина, правда, Барб?
— Не... мужчина? — Она дрожит, и кажется, под моими чарами.
— Нет. Тебе не нужен мужчина. Ты хочешь женщину. Молодую и красивую. Женщину, которая знает, что тебе нужно, и знает, как доставить тебе удовольствие. — Я прижимаюсь губами к ее губам. — Девушку. Софию.
— Что? Линдси, ты говоришь о своей дочери.
— Не только о моей. Я говорю и о твоей дочери. Есть Клуб, в котором я состою, который удовлетворяет потребности женщин постарше и помоложе, он позволяет исследовать сексуальность в безопасном пространстве, без осуждения. — Я прижимаю ее руку к своей груди. — Я хочу, чтобы вы с Никки присоединились к нам.
— Но... но Линдси... — Она отдергивает руку и качает головой. — Я не лесбиянка. Я не... нет, это все неправильно.
Она начинает отступать от меня. Я хватаю ее за обе руки и тяну назад.
— Больше не прячься от того, кто ты есть, Барб. — Мой шепот настоятелен. Я притягиваю ее к себе так, что ее переполненные плотью сиськи и округлость живота прижимаются ко мне. Я чувствую запах алкоголя в ее дыхании. — Клуб лесбиянок по обмену дочками, Барб. Ты можешь реализовать все свои подавленные фантазии с Софией и с другими горячими девочками-подростками. Любые фантазии.
Мои руки тянутся к ее широким бедрам. Я ласкаю их и просовываю пальцы под края купальника, ощущая внешний изгиб ее большой задницы. Ее голос — тихий стон.
— Линдси...
— Не сопротивляйся, Барб, — говорю я, прислоняясь губами к ее губам. — Позволь мне дать тебе попробовать то, что ты можешь иметь.
Она раздвигает губы, неловко встречая мой поцелуй. Я притягиваю ее плотнее к себе и погружаю язык в пьянящий жар рта грузной домохозяйки. Сосаться за моим сараем с Барбарой Горецки — совсем не таким я представлял себе окончание своего вечера.
Не поймите меня неправильно, Барбара не уродлива. Она большая девочка и даже на пару лет старше меня. Я
Тонкие чувства. Окончание