как он хотел сделать своему другу Мэтту неожиданный подарок на день рождения.
Она посмотрела на топ и увидела, что кто-то разрезал его ножницами так, что теперь у него очень глубокая горловина, а нижняя часть была недостаточно длинной, чтобы даже прикрыть пупок. Мама уставилась на него и сказала ему, что кто-то обрезал его со всех сторон.
Он посмотрел на нее в ответ и сказал, чтобы она надела его и юбку и пришла в гостиную с тортом, который был в холодильнике на кухне, и напитками, когда он ее позовет. С этими словами он вернулся к своим друзьям, играющим в покер и выпивающим алкоголь.
Мама смотрела на топик и мини-юбку, которые он только что вручил ей, и все еще раздумывала, что делать, когда он вернулся, сказал, чтобы она не портила вечер, и ушел обратно в гостиную.
Она нерешительно начала снимать джинсы и желтую рубашку, которые были на ней, затем зеленый лифчик, но не трусики. Поскольку папа так часто раздевал ее догола, она не возражала против моего присутствия и не пыталась скрыть свою грудь. Она начала надевать белый топ и черную мини-юбку.
Мама была права. У топа был такой глубокий вырез, что большая часть груди, включая синие вены, была хорошо видна. Ножницы так сильно обрезали его, что он едва доставал до груди, обнажая весь живот и даже нижнюю часть груди. Но еще хуже было то, что оно было ей тесновато, и поскольку на ней не было лифчика, ее большие груди и розовые соски были видны так же отчетливо, как и ее руки.
А мини-юбка? Она была достаточно длинной, чтобы скрыть только зеленые трусики, оставляя ее длинные ноги и широкие бедра совершенно неприкрытыми.
Отец всегда называл ее шлюхой или потаскухой, и сегодня, глядя на себя в зеркало, мама поняла, что он преуспел в том, чтобы заставить ее одеваться именно так.
Поправив золотые браслеты, голубое ожерелье, которое утопало в декольте, и золотое кольцо в носу, она села на кровать и стала ждать, когда ее позовут.
Услышав, что он ее зовет, она встала и, крепко обняв меня, попросила присмотреть за ней, войти и начать кричать и вопить, если она начнет паниковать. Я сказал ей, что буду прислушиваться, но она попросила меня пообещать ей, и я пообещал ей, что ворвусь в гостиную и начну кричать, если ей покажется, что она в беде.
Мама подержала меня за руку несколько секунд, поцеловала в щеку и пошла обслуживать папиных друзей, а я вышла из дома через задний двор и не сводила с них глаз через окно гостиной.
Она взяла торт из кухни, прихватила бутылку виски и подошла к ним.
"Мэтт, вот твой неожиданный подарок. Она здесь, чтобы служить тебе во всей своей красе", - сказал отец, вставая с дивана и указывая на маму.
Джейсон и Мэтт оба посмотрели на маму, сначала удивленно, но затем удивление быстро переросло в чистую и неподдельную похоть.
Мэтт встал с дивана, видимо, чтобы прикоснуться к ней, но мой отец сказал: "Сначала давайте разрежем торт", поэтому мама поставила торт на стол и отошла в сторону.
Но Мэтт попросил ее присоединиться к нему, поэтому она держала нож вместе с ним, и когда она наклонилась, чтобы разрезать торт, и Джейсон, и Мэтт стали смотреть на ее грудь.
Мэтт выбрал первый кусок торта и заставил маму разделить его с ним, пока Джейсон пировал глазами на ее полуобнаженное тело. Затем Мэтт передал ей напиток и, откинувшись на спинку дивана, поблагодарил моего отца за лучший день рождения в его жизни.
Отец отмахнулся от его благодарности рукой и сказал моей
Очень срочный заказ