В свои двадцать пять у Паши за душой были только перспективы. Вовсе не потому, что его стартап прошел в очередной раунд привлечения венчурных инвестиций, или его футбольный клуб побеждал в Премьер Лиге. Отнюдь. В обывательском смысле он был обычным самодостаточным молодым человеком: работа и девушка. Работал он на большом предприятии, которые ещё кое-где сохранились в нашей местности, слесарем. Устроился сразу после училища и постепенно «делал карьеру» из разряда в разряд, в перспективе двигаясь к мастеру участка. Девушка у Паши тоже была постоянная и перспективная, как работа. Они были знакомы со школы, но сошлись уже после. В складчину снимали квартиру и жили в гражданском браке как обычная молодая семья. Детей у них не было. Стороны этому не препятствовали, но пока не получалось.
Девушка наверно даже была бы не против, в тайне надеясь, что это сподвигнет парня к официальному оформлению отношений. Но Паша благодарил небеса каждый месяц, и успокаивал снова опечаленную подругу, напоминая, что при их скромном бюджете и съемной квартире ребенок стал бы неподъёмной дополнительной нагрузкой.
В остальном устроенность и регулярность жизни вполне устраивали молодого мужчину. Если бы не Деньги. Их действительно всегда было в притык. Или не хватало. Паша мог месяцами собирать себе на обновку, а девушка часто вздыхала и ныла, что они никуда не ходят и не «ездиют». Куда пристроить и как распределить оставшиеся после обязательных выплат крохи, было почти единственным и частым источником споров в молодой семье.
Поэтому, когда в очередной день зарплаты Паше на карту бухнулась не ожидаемая и уже полностью распределенная сумма, а существенно меньше, парень сначала расстроился, а потом твёрдо решил выяснить причины такой несправедливости.
Вместо обеда он направился в заводоуправление, с непривычки потыркавшись по разным кабинетам, наконец, оказался у кабинета бухгалтерии, взявшись за ручку двери. Но повернуть её не успел. Дверь резко открылась, чуть не приложив его по лбу и на пороге ойкнув от испуга оказалась щупленькая женщина в сильных очках:
— Извините, я вас не убила? Вы к кому? – участливо поинтересовалась она.
— Мне вот тут по зарплате узнать. На карточку прошло меньше чем должно.
— По зарплате у нас Галина Павловна. Но сейчас её нет. Она на обед домой убежала. Заходите после двух, пояснила женщина.
— Я не могу, у меня смена.
— Тогда давайте оставим записку ей с вопросом и контактами, она придёт разберётся, - предложила тогда женщина.
Так они и сделали. И весь оставшийся день Паш ждал звонка. Время двигалось к вечеру. Управление закрывалось в пять, и без десяти Паша опять оказался перед знакомым кабинетом. И опять на пороге столкнулся с женщиной. Эта выглядела молодой. Точнее, находилась в том золотом женском возрасте, когда им с легкостью можно дать и 30, и 50. Высокая, статная, шатенка с короткой стрижкой и благородным профилем. Неуместно только смотрелись на её красивом лице печальные и потухшие карие глаза.
Паша понял, что это и есть та неуловимая Галина Павловна. Он как смог, спотыкаясь и с непривычки с трудом подбирая слова, объяснил ей ситуацию, но она, кажется, не слушала:
— Да, хорошо. Понятно, - кивала она. Какая ошибка? У нас компьютер всё считает, не может быть никаких ошибок. Ну хорошо, если настраиваете я ещё раз всё посмотрю. Но не сейчас, я не могу. Ну и что еще 10 минут рабочего времени, у меня свой график, мне нужно бежать. Вы слышите, что я говорю, отойдите прошу вас! Жалуйтесь, куда хотите, - повышая голос, и чуть ли не в истерике говорила она, закрывая дверь на ключ.
Последствия кокетства