про себя фривольную мелодию, женщина протянула руку к регулятору душа. Не успела она выключить воду, как дверь душевой распахнулась, сильные руки вытащили ее из кабинки и завернули в теплое пушистое полотенце.
— Ты чуть не довел меня до сердечного приступа, — пискнула она, когда Колин прижал ее к себе.
— Как только я увидел через стекло твое обнаженное тело, я больше не мог сдерживаться ни секунды, — сказал он, крепко обнимая ее и накрывая ее губы своими.
Зара ответила на страстный поцелуй, а затем, задыхаясь, чуть отстранилась.
— Ты у меня весь мокрый, — произнесла она, заметив влажные пятна на его белой униформе.
— Это неважно.
Женщина небрежным движением сбросила полотенце на пол, инстинктивно чуть втянула живот и выпятила грудь. Ее распаренное тело покалывало от возбуждения. Она обхватила ладонями свои налитые груди, дразняще повертев бедрами, а затем пощипала пальцами соски, заставляя их затвердеть и стать торчащими пиками. Колину нравилось такое провокационное поведение, он жадным взглядом осматривал ее обнаженную фигуру, и Зара видела, как растет выпуклость в его паху, наслаждаясь тем, с какой легкостью она может возбудить его.
— Не хочешь раздеться? — низким от возбуждения голосом спросила она.
Колин повернулся, чтобы закрыть дверь, затем стянул с себя белую форменную куртку и майку, и кинодива снова восхитилась его широкой, практически без волос, грудью, крепким плоским животом и мускулистыми руками. Внизу, сквозь тонкую ткань брюк, виднелись очертания его огромного члена. Она задрожала от нетерпения, наблюдая, как он снимает туфли и спускает брюки. Плавки, которые он носил, оказались не более чем треугольником белой ткани, который едва обхватывал его пенис и ядра.
— Ммм... Ты прекрасно выглядишь, — сказала она, облизывая губы. — Прекрасно настолько, что хочется попробовать тебя на вкус.
— Я ничто по сравнению с теми красивыми актерами, с которыми ты общаешься, — произнес он с ухмылкой, стягивая с себя остатки одежды.
— Ты лучше их всех, — подчеркнула она, не в силах оторвать взгляд от его впечатляющего мужского достоинства. — Ты настоящий, а они — плод фантазии сценаристов. Большинство из них во плоти совсем не возбуждают, — добавила Зара, толкая его на небольшой табурет.
Колин сел, широко расставив ноги, его наполовину возбужденный член склонился под углом к мускулистому бедру. Женщина опустилась перед ним на колени и с трепетом обхватила пальцами основание стержня, нежно поглаживая его и наблюдая, как он наливается силой и становится твердым. Пока ее пальцы творили свою быструю магию, ритмично проводя по его стволу вверх и вниз, она почувствовала, как ее киска начинает наполняться любовными соками.
Кинодива наклонилась вперед, намереваясь взять выпуклую головку в рот. Обведя вокруг нее языком, Зара нежно сжала и чуть помассировала ядра, чувствуя, как они становятся упругими, после чего интенсивно заработала языком и губами. Она была искушенной феллатриссой, ей нравилось доставлять мужчине удовольствие таким способом. Но еще больше ей нравилось подтверждать тем самым свою власть над ними, держа их сокровища в буквальном смысле слова в своих руках, на губах и на языке.
Любовника хватило ненадолго. Не в силах больше выдерживать эту сладкую пытку, Колин взял ее под руки и одним плавным движением приподнял вертикально, притянув к себе.
— Боже, как же я хочу тебя, — простонал парень, когда она поднялась на ноги, выставив свою открытую киску прямо перед его глазами.
Он нетерпеливо опустил ее на себя, пока их тела не встретились, и его налившееся копье дразняще не прижалось к ней. Зара задрожала от возбуждения, медленно насаживаясь на всю его длину, наслаждаясь ощущением горячего, восхитительно твердого мужского естества, проникающего все глубже и
Как я перевоспитала гея