пустоту ее киски, ощущения блаженства оказались настолько реальными, насколько это вообще было возможно.
Он наклонил бедра, изменив угол проникновения, чтобы каждый толчок еще больше стимулировал ее клитор. Затем, не отрывая взгляда от ее лица, он начал плавно двигаться, войдя в ровный, неослабевающий и неумолимый любовный ритм. Он трахал ее так изысканно, что тянущее сладкое ощущение в ее животе быстро нарастало, смешиваясь с мучительным блаженством, стянувшим ее грудь. Наслаждение и боль внутри быстро усиливались, сливаясь воедино, и Хелен накрыла сильнейшая разрядка.
*****
И снова старший ординатор покинула Данкана уже за полночь. Не было смысла даже пытаться привести платье в порядок, поэтому, оставив его у него в палате, она просто надела свой белый больничный халат, правда застегнув на все пуговицы, поскольку под ним она осталась только в узеньких трусиках. Идя по пустым больничным коридорам, она чувствовала себя сытой и удовлетворенной, ее потрудившаяся киска приятно покалывала. Данкан снял зажимы, но ее грудь все еще оставалась налившейся, а соски болели, как будто все еще были зажаты. Сегодня ночью она достигла высшей точки своего наслаждения, познав настолько яркие и насыщенные экстатические ощущения, какие никогда и ни с кем еще не испытывала.
Медицинское образование Хелен подсказывало ей, что сексуальное влечение зависит от нескольких вещей — физической привлекательности партнеров, феромонов и, самое главное, от того, что происходит у тебя в голове. Мозг посылает нервный импульс в органы чувств, иногда превращая чистую похоть в совершенно иную и гораздо более сложную эмоцию. Ее сильно влекло к Данкану, но ее влечение было обусловлено простой химией тела, и ничем иным; она едва знала его как мужчину, как личность. Для нее он был идеалом любовника из самых сокровенных эротических фантазий, ныне ставших реальностью.
Возможно, когда-нибудь она решит написать диссертацию о том, почему людей влечет друг к другу. Конечно, для этого ей придется провести огромное количество полевых исследований, сама мысль о которых ее необычайно возбуждала. Однако сейчас все ее помыслы были сосредоточены на Данкане Поле. До его выписки из больницы оставалось еще несколько дней, и она планировала использовать это время с максимальной пользой, на время забыв о будущем.
Хелен знала, что скоро ей придется подумать о том, чтобы связаться с Максом и разорвать их отношения. Она все еще не решила, поедет ли она работать в Штаты, — как бы там ни было, это было хорошей идеей, поскольку там она могла бы приобрести ценный профессиональный опыт, однако по приезду в Америку у нее не было никакого желания работать на Макса. Она не собиралась позволить себе снова оказаться в положении, когда он будет контролировать ее жизнь.
Этим вечером Хелен позволила себе забыть о Ральфе и его таинственном пациенте. Она даже не стала возвращаться домой через пристройку, а просто пошла к главной лестнице и лифтам. Ее мысли были настолько заняты личными делами, что она почти ничего не замечала. Женщина даже не обратила внимание на одну странность — коридор, ведущий к операционному блоку, все еще был ярко освещен, хотя обычно ночью здесь царила кромешная тьма, а сами операционные были заперты.
Если бы через стеклянные двери старший ординатор не увидела мужчину, похожего на Ральфа, то наверно даже не остановилась бы. На мужчине был зеленая форма для операций, и внимательно присмотревшись, она поняла, что это точно ее знакомый хирург. Он как раз выходил из послеоперационной палаты; пациентов держали там некоторое время после операции, прежде чем отвезти обратно.
Значит, Ральф таки солгал, когда они разговаривали всего несколько часов назад. Ее подозрения подтвердились — ему действительно есть что скрывать и
Необычайный месяц сентябрь. часть 2