что у одного зажравшегося ублюдка испортилось настроение.
На мгновение перестаю дышать, не зная, что сказать. Принести соболезнования и сказать, что мне очень жаль? А смысл? Когда умирает близкий человек, никакие слова не смогут облегчить боль потери. Диана же тяжело вздыхает, и садится на пол, прислонившись спиной к решётке.
— Когда я поняла, что мой брат не дышит, в меня будто дьявол вселился. Я схватила камень, догнала Стэна, благо этот шатающийся ублюдок ушёл не так далеко, и долбанула его по затылку. А когда он рухнул, ударила снова, и била до тех пор, пока башка этой мрази не превратилась в кашу. И знаешь, я почувствовала себя намного лучше! Правда, ненадолго. Когда поняла что натворила, и что с нами сделает отец Стэна, схватила Лукаса и сбежала из города.
— Как давно это было? – осторожно уточняю я.
— Чуть больше месяца назад, хотя порой кажется, что с тех пор прошла целая жизнь. Какое-то время мы бродили по Пустошам, стараясь держаться как можно дальше от поселений, ведь отец Стэна объявил вознаграждение за наши головы. После того как у нас закончились припасы, и мы чуть не умерли с голоду, нам удалось прибиться к каравану Пита. Он знал, что нас разыскивают, но решил не выдавать. Не потому что был хорошим человеком. Скорее даже наоборот.
В этом месте Диана делает многозначительную паузу, давая мне возможность додумать остальное до конца. Я же просто прогоняю все дурные мысли, просовываю руку между прутьями, и ласково глажу сидящую передо мной девушку по спине, ни говоря ни слова. Явно не ожидавшая подобных действий с моей стороны Диана вздрагивает, неторопливо поворачивает голову назад, и выдавливает из себя вымученную улыбку.
— Ладно, я, пожалуй, пойду. Приятно было снова тебя увидеть, - говорит она на прощание, поднимаясь с пола.
— Взаимно. Если будет возможность, приходи ещё.
— Обязательно, - заверяет меня Диана, и уходит, забрав пустую тарелку.
ДИАНА
Разговор с Йеном определённо пошёл мне на пользу. Стоило выговориться, и на душе стало значительно легче. Будто и не было этих последних паршивых недель в моей жизни. Славный он всё-таки парень. Возможно, лучший из тех, кого я видела после смерти Марка. Как знать, наверное, всё повернулось бы иначе, встреться мы в другое время и при других обстоятельствах. Теперь об этом можно лишь фантазировать, потому что время вспять повернуть никому не под силу. Хотя порой очень хочется.
Ловлю себя на мысли, что как-то слишком уж сильно начинаю витать в облаках, и напоминаю самой себе, что пора бы спуститься с небес на грешную землю, и снова взяться за ложку. В конце концов, в моём котле осталось ещё много дерьма, и кроме меня жрать его некому. Карлос хоть и самодовольная мразь, но что-то человеческое в нём всё-таки осталось. Пока я ходила по зданию тюрьмы, и внимательно его изучала, ни одна сволочь ко мне не прицепилась. Пару раз подвернулись уроды, бросавшие в мою стороны всякие похабные замечания, и предлагавшие уединиться, но стоило им увидеть повязку на моей руке, как они дружно отводили взгляд, и засовывали языки в задницы.
Осматривая здание, я пыталась понять, как здесь всё устроено, и узнала для себя много нового. Рабов в тюрьме накопилось немало, почти полторы сотни, и все они делились на три категории. Первая, и самая многочисленная, была предназначена для работ во дворе и на ферме за стеной. Эта ферма располагалась рядом с небольшим озером, и обеспечивала провизией всю тюрьму. Как правило, работали там мужчины и крепкие парни. Естественно, под присмотром вооружённых работорговцев. Сама я эту ферму видела
Как сделать из жены шлюху (часть 2)