— Фредди, мне кажется, я задолжал тебе хороший ужин.
— Кажется, я что-то такое помню, — сказала она.
— Что ж, пойдем в RPM Italian, я заказал столик, когда получил подтверждение о дате моего освобождения. Мне действительно нужно очистить свою палитру, от тюремной еды.
Краем глаза, я увидел Лилли. Я мог сказать, что она была в ярости. Это был "наш" ресторан. Мы ходили туда вместе по особым случаям.
— Столик заказан на 6:30, так что у нас есть немного времени. Ты не против, если мы немного покатаемся, мне просто нужно привыкнуть к свободе, — сказал я. Затем я обратился к Фредди: — Я зарезервировал столик на четырех, не могла бы ты позвонить своему мужу и узнать, свободен ли он?
Она замолчала, и ее лицо стало невыразительным. Тогда Джина сказала:
— Папа, у нее нет мужа, больше нет. — Затем она обратилась к Алекс: — Простите, доктор Ходжес, я ему не сказала.
Я не понимал. Те несколько раз, когда мы разговаривали, она всегда носила комплект обручальных колец, даже сейчас она носила его. Что я упустил?
— Прости, Фредди, если я тебя обидел, — предложил я.
— Нет, не стоит, ты не знал. Мой муж погиб на шоссе Эйзенхауэра, около 5 лет назад. Какая-то большая машина изменила полосу движения и въехала в разделительную полосу. Говорят, он умер мгновенно.
— Мне так жаль, Фредди, я не знал. Я просто предположил, что раз ты носишь кольца, значит, ты замужем.
— Да, просто я еще не смогла их снять. Почему-то мне кажется, что если я это сделаю, то забуду о нем. Я знаю, "психолог с психическими проблемами". Я уже слышала это раньше.
— Ну, мне очень жаль. Ты присоединишься к нам, чтобы я мог попытаться загладить свою вину?
Она выглядела мрачной, но сказала:
— Я думаю, это будет хорошо.
Будучи настолько сосредоточенным на своих проблемах и своей мести, я даже не спросил ее о ее жизни. Я чувствовал себя таким ослом. Мне нужно было это изменить. Начиная с сегодняшнего вечера, я буду открыт для того, чтобы услышать все, что она захочет рассказать мне о том, кто она сейчас и как она к этому пришла. Я буду лучшим другом.
Еда была великолепна. Было так приятно носить обычную одежду и не беспокоиться о том, чтобы всегда быть начеку. Хотя свобода, казалась мне немного странной. Восемь месяцев делают это с тобой.
К концу ужина, я чувствовал себя гораздо лучше. Я рискнул с Фредди:
— Александрия, когда ты будешь готова, позволишь ли ты мне пригласить тебя на настоящее свидание? Мне все равно, сколько это займет времени, пока тебе станет удобно, а пока мы можем оставаться на связи?
— Папа, конечно, мы останемся на связи. Она не избавится от меня так просто, — сказала моя дочь.
— И я бы не хотела, чтобы было по-другому, — сказала Фредди Джине. Затем она повернулась ко мне и сказала: — У нас с Майком никогда не было детей, поскольку я училась в школе, а он начинал бизнес по финансовому планированию, просто было неподходящее время, поэтому наличие Джины в качестве суррогатной дочери, было очень терапевтичным. Надеюсь, ты не возражаешь.
— После всего, что ты сделала для нас обоих, я бы не стал возражать, — заявил я.
Когда мы выходили из ресторана, Джина сказала:
— Надеюсь, тебе понравится вид нашего старого дома.
— Все, что угодно, будет лучше, чем то, где я жил последние 8 месяцев, — усмехнулся я.
Когда мы приехали туда, я был удивлен. Ставни были покрашены, а кусты подстрижены. Снаружи все выглядело замечательно, и мне не терпелось
как жена сделала меня пасивом