транспортное средство», — сказал он. В оккупированной Франции топливо строго нормировалось, и очень немногие люди имели бензин для своих автомобилей. Привилегии имели- такие как врачи и марионеточные жандармы. И конечно, немцы. Они оба начали быстро одеваться, так как звук стал громче, и он мог разглядеть по крайней мере два разных звука двигателя. Определенно по дороге на ферму, и он не мог придумать ни одной причины, по которой врач звонил на дом. Это было плохо - очень плохо. Женевьева знала это, и, к ее чести, она оставалась достаточно спокойной, снова надев платье и тихо ожидая, когда он закончит одеваться. Когда он подошел к ней и взял ее за руку, он увидел страх в ее глазах. Он обнадеживающе сжал ее руку, и они отправились на ферму...
Джон последовал за Женевьевой через лес, каждый пытался сделать как можно меньше шума, когда они приближались к краю деревьев рядом с видом на двор между сараем и домом. Когда он слегка раздвинул кусты, его сердце чуть не остановилось, когда он увидел два немецких автомобиля Kubelwagen, припаркованных во дворе. Два немецких солдата стояли рядом с одним, курили и разговаривали, пока они лениво осматривали окружающие здания и деревья, их винтовки прислонялись к переднему бамперу.
Тихий вздох Женевьевы сказал ему, не глядя на нее, что она также осмотрела сцену. Он повернулся к ней, и они встали на колени за кустами.
«Я не вижу Жаннетты», — прошептала она. «Возможно, она все еще в деревне!»
Джон кивнул, но не поверил, что это так. Во-первых, во дворе было два немецких автомобиля и только два солдата. Кто-то был в доме или сарае. И если Жаннетт не была поймана при попытке связаться с подпольем, зачем им выходить сюда? Он переехал ближе к Женевьеве.
«Оставайтесь здесь и молчите», — прошептал он. «Я собираюсь посмотреть, смогу ли я увидеть кого-то еще».
Она открыла рот, чтобы выразить протест, но он заставил ее замолчать пальцем к губам. Она закрыла рот и посмотрела на него, ее взгляд напомнил ему испуганную маленькую девочку. Он достал свои пистолет и убедился, что в патроннике есть патрон, а затем передал его ей. «Ты знаешь, как использовать его?» Она покачала головой и уклонилась от него. Он взял ее за руку и вдавил в нее, а затем указал на безопасность. «Все, что тебе нужно сделать, это нажать на курок. ..» Он сдвинул затвор в боевое состояние. Он имеет девять выстрелов. Ты понимаешь?» Она безучастно посмотрела на пистолет, а затем вернулась к нему. «Женевьева, это важно. Ты понимаешь?» Она кивнула. Он сдвинул предохранитель обратно, а затем схватил ее за плечи. «Если они поймают меня, оставайся здесь. Если они придут за тобой, не стесняйтесь стрелять. Хорошо?» Она кивнула, ее лицо было с маской ужаса и страха.
Он повернулся обратно к кустам и снова выглянул наружу, а затем замер. Другой немец, одетый в черную форму СС, выходил из фермерского дома. Другой немецкий солдат вышел с ним, толкнув перед собой очень оборванную Жаннетту. Ее волосы были в беспорядке, и казалось, что ее руки были связаны за спиной. Она наткнулась на пыльный двор, пока офицер СС не остановился у колодца и не повернулся к ней. Он начал говорить с ней по-французски. Он услышал «Англичанин» и понял, что они, должно быть, узнали, что он здесь. Он почувствовал, как Женевьева двигалась рядом с ним, также слушая. Через мгновение она повернулась к нему, лицо ее побелело.
"Они знают, что ты здесь! В деревне должны быть коллаборационисты О, черт возьми! Бедная Жаннетта!
Моя женщина