помня, как сносит Маше крышу такое связывание. – Мне капец!»
– Ну и, конечно, вся сперма, которую я в Славку выпущу, будет пото́м твоей. Можешь хоть всю её съесть подчистую.
Лицо цукумогами моментально осветилось радостью. Озвученные перспективы зажгли в её глазах живой интерес.
– А хозяин не будет против? – деловито поинтересовалась цукумогами, осматривая парня с хищной улыбкой на лице. И Слава невольно ощутил себя привлекательной жертвой в её глазах.
«О! Я же могу отказаться!» – обрадовался он.
«Даже не вздумай!» – пришёл от супруги строгий ответ.
«Маша, мы же на занятия опоздаем!»
«Я быстренько, – успокоила футка, маслено посверкивая глазами. – Минутка, максимум пять – и я буду довольна».
– Я не против, – вздохнул парень и в следующую секунду почувствовал, как всё тело его опутывает сотня верёвок, двигающихся подобно плотоядным щупальцам.
Не прошло и пяти секунд, как Живцов оказался основательно спелёнат синими верёвками вокруг двух подушек. Его но́ги, согнутые в коленях, были примотаны к рукам за спиной, так что тело было вынуждено выгнуться в невысоком мостике животом вверх. Однако Мока, подсунув Славе под спину две подушки, умудрилась опутать его настолько удобно, что парень мог полностью расслабиться в этом положении и только голова и плечи, опущенные вниз, создавали лёгкий дискомфорт.
– Кла-а-ассно-о-о! – прошептала Маша, глядя на своего связанного супруга восторженными глазами, в то время как клитор её стремительно увеличивался, превращаясь в хайру прямо на Славкиных глазах. – Мока! Да ты просто художница в связывании! Обалдеть, как ты удобно его расположила! Я сейчас… С ума сойду! А-а-ах!
Вытянувшийся на всю длину, здоровенный орган дёрнулся и брызнул струйкой смазки, которая попала юноше на лицо, а затем растеклась по нему тёплой волной и стала медленно сползать по щекам вязкими ручейками. Маша рассмеялась и склонилась к своему парню.
– Блин, испачкала тебя, – хихикнула она. – Девочка моя сегодня совсем нетерпеливая. Но ты такой кла-а-ассненький, – пропела футка и нежно поцеловала Славу в губы. Глаза́ её выглядели сияющими от удовольствия, но вовсе не безумными, как вчера вечером. – Ну что, ангелочек, сделаешь мне приятненько?
– А когда ты меня спрашивала? – улыбнулся Живцов.
– Сейчас спрашиваю, – шутливо насупилась девушка.
– М-м-м, конечно сделаю. Как я могу отказать такой красотке.
– Мрр-мрр-мрр, умничка мой, – промурлыкала Маша и потянулась вперёд к Славкиному члену, в то время как её собственная промежность стала неумолимо приближаться к его лицу.
«Ой, сейчас мою́ глотку станут бурить! – мысленно заволновался парень, чувствуя, что ткани его горла ещё не готовы принять столь здоровенный штырь. Однако супруга не спешила проникать в рот молодого человека, смазывая головкой хайры его гу́бы и набрызгивая смазку внутрь. – Кажется, у неё больше стала! – с восхищением и опаской думал Вячеслав, проглатывая кисло-сладкий сок. – Огромная! Боже!»
«Конечно больше, – телепатически подтвердила супруга, захватывая ртом член своего мужа и обсасывая с него соки цукумогами. – Я ведь теперь сильнее, повысила свой уровень, оттого и хайра моя подросла. М-м-м, а твоя конфетка до сих пор твёрдая, – радостно добавила Маша, заглатывая Славкин член до са́мого основания и слаженно массируя его ртом и горлом. – Тёмная энергия мамоно такая полезная, хе-хе, удерживает эрекцию члена даже после оргазма».
Маша подалась бёдрами вперёд и загнала бархатную и сочную головку своей хайры вплотную к горлу юноши.
«Не беспокойся, – шепнул её голос у Славы в голове. – Ты – ангел, и поэтому ткани твои всегда готовы к растяжению, даже если ты этого не чувствуешь».
Девушка надавила всем телом, и её мощное орудие заставило глотку парня болезненно приоткрыться и с тугим
Ночь в Крыму-2: Поездка в Бахчисарай