испытанного мной прежде в жизни. Хуже плетей у позорного столба. Даже тогда мне не было так больно. И запоздало понял что агония началась столь медленно из-за того, что Ната решила усыпить мою бдительность. Заставить поверить что всё может обойтись. Конечно не обошлось.
Тело начали сотрясать судороги по мере того как боль начала прокатываться по телу. Я пытался дистанцироваться от неё, закрыть разум, но это оказалось невозможным, так как она была повсюду. В каждой мышце, в каждой косточке, в каждой клетке организма, и каждой извилине мозга. Я открыл рот пытаясь кричать, но не смог. Горло оказалось парализовано. Всё что удалось мне - это несколько булькающих стонов.
Контроль над телом утратился. Из меня начали истекать отходы организма что со мной не случалось с раннего детства. Это было унизительно, но тут же отошло на задний план поскольку агония начала нарастать. Моя душа истерзанная и побитая выла об освобождении. Хотелось умереть, забыться вечным сном, спасительной темнотой. Хотелось отдать всё на свете лишь бы только стать мёртвым. Я готов был на на что угодно, ползать на коленях, умолять, терпеть любые унижения, даже убить своих родных и близких. Но пожалуйста - прекратите эту муку!
Но становилось только хуже.
Мне казалось что тело разрывают на части, что каждый отдельный орган разжижается. Я чувствовал как мозг вытекает из ушей, как боль выжигает глаза, а зубы вырываются из дёсен. Оторвавшийся язык закупорил горло, каждый сустав жгло огнём так что невозможно пошевелиться, но боль заставляла меня дёргаться, и от этого становилось ещё мучительней. Пока наконец я уже не забыл что значит «не болит».
И вдруг всё прекратилось. Я лежал оцепеневший в луже собственной мочи. Осторожно ощупывая своё тело. Внешне оно осталось в порядке, не оказалось никаких внешних травм, но внутренне...
Я уже никогда не стану прежним. Ната убила гордого Анрело Роуста, оставив жалкое дрожащие, мычащее существо. Подобие человека. Избавление от боли стало таким облегчением, что я разрыдался. В тот момент я сам себе был противен, но поделать с собой ничего не мог. Лёжа на полу я рыдал взахлёб.
– Знаешь сколько это продолжалось? – как ни в чём не бывало спросила Ната будничным тоном.
Я ничего не ответил. Я не знал. Часы? Дни?
– Десять секунд. Это продолжалось десять секунд. Продлевать будешь? Хочешь растянуть это на двадцать секунд? Или на тридцать минут? Не рекомендую. Даже если ты выдержишь это, я сомневаюсь что тебе понравиться то во что ты превратишься.
Нет, конечно я не хотел этого. И готов на всё только бы не испытывать этого снова. Она победила. Не в силах ответить я помотал головой.
– Ну вот и замечательно. А сейчас приберись здесь и мы с тобой продолжим.
– Итак продолжаем. – промурлыкала магесса едва лишь я отставил тряпку. Я по-прежнему находился в ошейнике прикованный к стене в этой красно-чёрной комнате полных жутких «станков». – И сейчас я хочу у тебя кое-что узнать: Кто вам покровительствует?
– Чего? Простите госпожа я не понял вопроса. – я воззрился на неё со страхом. Я и правда не понял о чём она и ждал наказания.
– Чего ты не понял ничтожество?! – лицо Наты исказилось от злости. – Я спрашиваю - откуда у твоей мамы такая магическая сила? Чей поддержкой вы заручились?
– Я ничего не понимаю...
– Лжёшь! – Ната потеряла контроль над собой. Её лицо исказилось от ярости. – В тот день когда тебя обратили она пришла меня убить. И это ей почти удалось. Откуда у неё сила, отвечай!
Минус десять очков Гриффиндору!