мёдом, по-моему... Но на вкус никакой. Я должна это проглотить?
— Нет-нет, не вздумай! Он для другого. Сейчас сама всё поймёшь.
Я тем временем налил себе в горсть немного массажного масла. Кати́ положила странный предмет в мою ладонь, и я стал греть его в кулаке. Девушка приподнялась на кушетке и пристально наблюдала, но ничего не происходило.
— Это какое-то яйцо, и из него сейчас кто-то вылупится? – предположила она спустя примерно минуту.
— Нет же! – усмехнулся я. – Смотри...
Я взял согретую фасолину промасленными пальцами и поднёс к девичьей промежности. Теперь она была не только тёплой, но стала ещё и упругой – чуть пружинила при сдавливании. Девушка лишь изумлённо хлопала ресницами.
— А вот сейчас лучше приляг и расслабься...
Пациентка выполнила мою просьбу, а я прислонил диковину к её теплому анусу и слегка надавил. В ту же секунду скользкая фасолина целиком нырнула в тесную попку. А вслед за ней и фаланга моего среднего пальца.
— Ой! Зачем это? – всё еще не понимала Кати́.
— Скоро поймёшь и, уверяю тебя, по достоинству оценишь. А сейчас не задавай лишних вопросов. Лучше расслабься и доверься моему опыту.
Я протолкнул предмет поглубже ей в попу, введя мизинец до самого основания. Затем велел пациентке вытянуть ноги и продолжил прерванный сеанс массажа.
— А как же потом доставать будем?.. – не унималась наивная девчонка.
— Не переживай. Доставать не придётся. Эта штука сейчас растворится от твоего тепла и превратится в целебную и, кстати, вполне приятную в тактильном смысле субстанцию, которая потом просто впитается в твоё тело.
— Прямо... там?
— Ну, да.
— А как это – «в тактильном»? – переспросила она после недолгого молчания.
— Ну... Ты же изучаешь французский, вот и попробуй сама перевести слово «tactile».
— Oh oui! Tactile, ça me connaît! – радостно воскликнула Кати́, поняв смысл нового для себя термина.
Предварительный массаж был окончен, и настало время переходить к самому волнующему и интересному. Я сел на табурет возле кушетки и нанёс на себе руки изрядное количество густого ароматного масла из очередного вскрытого мной пузырька. Воздух вокруг пропитался запахом горького шоколада, к которому примешивались явственные нотки пачули.
— Ммм... как необычно пахнет! – констатировала Кати́, не открывая глаз.
— Да... В чём в чём, а в ароматерапии на востоке толк знают! – глубокомысленно согласился я.
Моя правая рука легла запястьем девушке на лобок, а левая нырнула под её чуть приподнятое колено. Теперь мои пальцы сошлись возле трепещущего от страсти цветка меж широко раскинутых бёдер и принялись за дело.
Как я и ожидал, нескольких минут вполне хватило, чтобы состав той фасолины от жара девичьей попки полностью превратился в мылкую желеобразную массу и покрыл изнутри её гладкие стенки. Средний перст моей левой руки без особого труда вторгся возбуждённой девчонке в заднюю норку.
— Ооох... – лишь тихо прозвучало в ответ, когда все три фаланги одна за другой мягко проскользнули сквозь её пока ещё тугое колечко.
Сложенные вместе указательный, средний и безымянный пальцы свободной руки покрыли клитор и принялись, чуть надавливая, медленно ласкать этот тёпленький бугорок и чувствительную плоть сразу под ним.
Страстное лоно тут же отозвалось на ласки щедрой порцией горячей смазки. Она хлынула из разогретых девичьих глубин, обволокла мою ладонь и потекла вниз, прямо к растянутому мной розоватому колечку ануса. Мерные хлюпающие звуки на фоне тихого сопения моей молодой пациентки заполнили тишину кабинета.
Дав ей привыкнуть к новым ощущениям и войти в ритм моих стимуляций, я плавно погрузил в истекающий соками омут свои средний и безымянный персты. Согнул их внутри девушки и принялся надавливать и тереться подушками
Радистки