держаться так, чтобы она не заметила вздыбленный бугорок спереди на моих штанах. Но она лежала на спине, смотрела в потолок и молчала. Неожиданно слащавая посторгазменная улыбка на её круглом наивном личике сменилась серьёзным выражением.
— Расскажешь что-нибудь? На что было это похоже? Что показалось тебе новым и необычным? – задавал я наводящие вопросы тихим голосом.
— Знаете, доктор... Мне кажется, со мной и такое уже проделывали. Причём тоже много раз.
— В самом деле?!
— Да. Я только сейчас вспомнила. Ну, да! Точно! – Кати́ выпрямилась и села на кушетке. – Я лежала на каком-то столе... А они...
— Опять они?! Их было много?
Я прошёл к своему столу, сел и приготовился записывать. А девушка, находясь в плену нахлынувших воспоминаний, развернулась на своём ложе спиной к стене и уселась в позу лотоса.
— Не знаю... Несколько...
— Может быть, ты теперь вспомнила лица? Можешь кого-то описать или зарисовать?
Кати́ отрицательно покачала головой, отрешённо глядя в одну точку поверх моей головы. А я изо всех старался не пялиться на её невинные грудки и всё ещё временами подрагивающую розовую капельку клитора меж широко распахнутых девичьих бёдер.
— Их лица... Они были какими-то совершенно одинаковыми.
— Одинаковыми?! Должно быть, на них были какие-то маски?
— Я тоже сначала так думала. Но нет... – после этих слов собеседница надолго замолчала.
— Почему нет?
— Потому что я вспомнила их глаза... Они были огромными, почти на пол лица! Совсем чёрные... И никогда не моргали... Носы очень плоские, почти незаметные, а рты маленькие с тонкими губами... Становилось жутковато, когда кто-то из них склонялся надо мной и подолгу рассматривал в упор этими своими бездонными блюдцами...
Чтобы не упустить ни одной детали столь необычного рассказа, я схватил карандаш, принялся тезисно конспектировать и делать зарисовки со слов девушки.
— Они тебе что-то говорили? О чём-нибудь спрашивали? Может быть, требовали чего-то?
— Нет. Я даже голосов их никогда не слышала.
— Выходит, они и между собой не общались?
— Общались. Причём постоянно. Но как-то беззвучно. Я даже откуда-то знала, что они обсуждают меня... и то, что делают со мной... Они будто бы понимали мысли друг друга, а мне не позволяли этого делать. Но я всё равно пыталась.
— Расскажи мне ещё о них. Как себя вели? Во что были одеты? Важны любые детали.
— Они всегда были очень спокойными. И двигались как-то медленно, необычно. А! И вот что... Все они были абсолютно голыми, как и я. Но их тела... Они вовсе не похожи на человеческие!.. Кожа какая-то серая, будто бы неживая... Доктор, а кто это был?!
— Не знаю, Кати́... – я немного лукавил, ведь на самом деле её история была очень схожа с десятками других уже известных мне случаев.
— Но Вы же мне верите?! – чуть не срываясь на плачь спросила девушка.
— Верю. Потому и слушаю, затаив дыхание. Продолжай... Опиши мне ещё их самих и их поведение.
— Как правило, их было пять или шесть вокруг меня. – закрыв глаза, девушка продолжила свой рассказ. – Каждый точно знал, что ему делать, никто не стоял без дела. Вокруг всегда был яркий свет. Меня привозили туда прямо на этом странном столе, совсем голую. Я лежала на спине и не могла шевелиться. Сначала они подолгу прикрепляли ко мне повсюду какие-то тонкие нити, которые тянулись к странному аппарату, что стоял рядом. Затем вставляли мне между ног... ну, прямо туда... и в попу тоже... какие-то трубки. А потом всё начиналось...
Я сломал два карандаша, жадно слушая и конспектируя её слова, зарисовывая образы. Рой мыслей в моей голове уже
Иногда надо и так