что имел в виду Гордон, говоря «увидимся через две недели».
«Гарольд, если ты любишь мою мать, почему ты скрывал это два года?»
«О, я люблю Маргарет гораздо дольше, чем это. Я влюбился в нее в тот день, когда встретил на твоей свадьбе.»
Мама повернула голову и посмотрела на Гарольда. Теперь настала очередь мамы выглядеть удивленной.
«Почему ты ничего не сказал мне раньше?»
Естественное бахвальство Гарольда исчезло, и на его месте появился другой Гарольд. Кто-то, кто был застенчив и неуверен в себе, когда сказал: «Я не думал, что тебя заинтересует кто-то вроде меня».
Мама обняла Гарольда и нежно поцеловала его в щеку. Она тихо сказала ему, едва ли достаточно громко, чтобы остальные из нас услышали: «Что ж, ты был неправ».
Гарольд и мама стояли, держась за руки, и смотрели друг на друга в течение минуты, прежде чем Гарольд повернулся лицом к остальным и продолжил свой рассказ.
«Два года назад я был в Санта-Терезе как-то в субботу. Я закончил то, ради чего был там, и мне не хотелось обедать в одиночестве, поэтому я рискнул и позвонил твоей матери. Я не могу передать тебе, как я был удивлен... и счастлив, когда она сказала "да".»
«Но почему вы так долго скрывали это от нас?» - спросила Шарон.
«Мы должны были это сделать. Через шесть месяцев после того, как Бобби приехал сюда из Чикаго, всем было очевидно, что он заменит меня. Вопрос был только в том, когда. Если бы в компании разнесся слух, что я влюблен в его мать, это попахивало бы кумовством и, вероятно, лишило бы его шанса на повышение. Мы сделали это, чтобы защитить карьеру Бобби. Джон Гордон был единственным человеком, который знал.»
Гарольд на секунду замолчал, и его глаза увлажнились, когда он заговорил снова.
«Мы хотим, чтобы ты помнил, что твоя мать по-прежнему глубоко любит твоего отца, и я всегда буду любить Кэролайн и скучать по ней. Но сегодня я не могу представить свою жизнь без Маргарет».
Мама улыбнулась, снова поцеловала Гарольда в щеку и сказала нам: «Гарольд - единственный человек, которого я знаю, который может соответствовать стандарту, установленному вашим отцом. Я очень люблю этого человека, но как бы сильно я его ни любила...»
Мамина улыбка превратилась в широкую ухмылку.
«...Я никогда, никогда не буду играть в гольф, так что даже не спрашивай».
Это последнее заявление было адресовано Майку и Джимми.
Гарольд настаивал, что единственное, что могло бы завершить день для него и мамы, - это пригласить всех нас куда-нибудь поужинать. К этому времени Меган и Молли были достаточно взрослыми, чтобы присматривать за детьми, поэтому мы заказали пиццу и китайскую кухню на ужин для детей. Находясь в ресторане, мы смогли собственными глазами увидеть любовь и привязанность, которые мама и Гарольд испытывали друг к другу. Хорошо, что мама левша, потому что они с Гарольдом держались за руки весь ужин.
Позже, после того, как Майк, Шэрон, Джимми и Ми Лин уехали возвращаться в Санта-Терезу, Гарольд и мама остались у нас дома на чашечку кофе, прежде чем отправиться ночевать в квартиру Гарольда. Колин и мама увлеченно обсуждали детали свадьбы, которая состоится через две недели, когда мы с Гарольдом вышли на заднюю веранду. Мы провели несколько минут, просто сидя и наслаждаясь тишиной и безмолвием ночи.
«Бобби, я хотел сообщить тебе, что я знаю о вашей с Колин... скажем так, уникальной ситуации. Я не могу сказать, что полностью понимаю это, но я смотрю на тебя и Колин и вижу, как сильно вы любите друг друга, так что мне очень легко это принять. Выражение, которое я вижу
Подкрался вечер