— Да... Было приятно повидаться с тобой, Вероника. Я думаю, что пойду позже.
Ты оставайся на месте! - Она оттолкнула меня назад. - Это действительно пиздец, Джош, то, что ты только что сказал... Я подобралась слишком близко?!
Я покачал головой, отводя глаза. - Господи... ты, наверное, не можешь этого понять. Даже не пытайся.
Она пристально смотрела на меня в течение напряженного момента, который, казалось, длился вечность. - Это что-то... она все еще здесь?
— Забудь о…
— Джош?!
— Это не важно, потому что она все еще здесь.
— Что означает, что она все еще здесь.
Я отвел взгляд.
— Господи... она все еще здесь.
— Вероника, прекрати это. Что ты делаешь? У тебя есть парень…
— Я не собираюсь бросать его ради тебя, не волнуйся. Я просто... лишилась дара речи. Ты признаешь, что испытываешь ко мне какие-то чувства, и ты так боишься, что я действительно смогу заставить тебя влюбиться в меня... это более чем ущербно. Это действительно печально, Джош.
— Что я могу сказать? Я грустный человек. Удачи, Вероника. Я искренне желаю тебе всего наилучшего. - Я направился к своему столику.
— Для протокола, Джош. Я могу заставить тебя влюбиться в меня, а ты отпускаешь меня... это самая большая ошибка, которую ты когда-либо совершал в своей печальной жизни.
Я наклонил голову, и у меня внутри все сжалось от этого мрачного пророчества. - Я знаю.
Я вернулся к своему столику, попрощался со своими друзьями и покинул помещение.
Этот разговор с Вероникой выбил меня из колеи. Главным образом потому, что я боялся, что она была права: что в конце концов я потеряю и ее, и Брук. Что я только что совершил самую большую ошибку в своей жизни, потому что теперь Брук, Веронике и мне самому было мучительно ясно, что Вероника, похоже, оказывает на меня влияние, которого Шеннон никогда не оказывала. Я действительно что-то чувствовал к ней, каким бы ничтожным это что-то ни было по сравнению с тем, что я чувствовал к своей сестре.
Увидев Брук там со своим парнем, я был совершенно раздавлен. Мне хотелось плакать, когда я проходил мимо ее столика, наблюдая, как они целуются, когда я уходил. Я был готов сделать для нее все, что угодно. Я даже отверг Веронику, которая, возможно, была моей единственной надеждой когда-либо избежать этого кошмара инцеста, и чем она мне отплатила? Посасывала язык своего парня у меня на глазах.
Но я не хотел отпускать Брук. Я был так безумно влюблен в нее, и ничего так сильно не хотел, как того, чтобы она захотела меня вернуть. Я уже смирился с тем, что у меня никогда не будет нормальной жизни. Моя нормальная жизнь закончилась в тот момент, когда мы полюбили друг друга. Я никогда не смог бы смириться с тем, что она была с другим парнем. Никогда. Тем не менее, казалось, что у меня не было выбора в этом вопросе.
***********************
Я вошел в свой дом и включил свет в гостиной. Наши родители в очередной раз уехали на выходные на курорт с друзьями. Теперь, когда мы с Брук стали взрослыми, наши родители наверстывали упущенное за все те годы, что они оставались дома и пропускали вечеринки. Для них стало обычной практикой покидать нас по выходным.
Я потащился на кухню, чтобы налить себе пива. Затем я плюхнулся на диван и попытался придумать, куда идти дальше. Брук не только двигалась дальше, но и делала все, что было в ее силах, чтобы доказать мне это, и я не хотел рисковать с Вероникой и никоим образом
Школьный туалет