В голове промелькнула мысль, и я уже собирался ее высказать, когда встретился взглядом с бледно-голубыми глазами и увидел в них намек на уязвимость. Он не исчез, а даже усугубился, но она изо всех сил старалась его скрыть.
— Я просто подумал, — сказал я, чувствуя, как улыбка играет на моих губах, когда глаза Энистон напряглись в ожидании какого-то резкого комментария. — Что ты, без сомнения, самая красивая женщина на этой Земле, и я не думаю, что когда-либо говорил тебе это... в лицо.
Я скривился от своего неубедительного завершения, но блаженная ухмылка, расплывшаяся по лицу Энистон, компенсировала это. Она глубоко вздохнула и кивнула головой, один раз. Я подумал, что она скажет что-то в ответ, но она повернулась и направилась к выходу, белое одеяние развевалось вокруг нее.
— Молодец, — прошептала Виктория, проходя мимо меня, и подмигнула мне в знак одобрения.
Лаура сделала паузу, когда Виктория вышла вслед за Энистон, и подмигнула мне:
— Только обещай не забывать обо мне, хорошо?
— Как я могу забыть? — спросил я, не понимая, о чем говорит Лаура, но не желая задавать ей вопросы, когда девочки смотрят.
— Все готовы? — спросила мама, спускаясь вниз.
— Энистон и ее подруги уже в машине... Господи, мам, — моргнул я, тяжело сглатывая, когда увидел ее.
Мама обычно ходила на озеро в едином купальнике. Ей не нравилось все внимание, которое к ней привлекали, когда она надевала бикини, но сегодня она, должно быть, не возражала, потому что на ней было именно оно – бикини со стрингами, которое почти не оставляло места для воображения. Крошечная нижняя часть облегала ее бритую киску, и я мог видеть четко очерченные половые губы, в то время как ее массивные груди колыхались в пределах чуть облегающего верха.
— Что? — спросила она с блеском в глазах, накидывая на плечи льняную шаль, похожую на ту, что носила Энистон.
— Ты выглядишь невероятно.
— Спасибо, милый, — сказала она, делая паузу, проходя мимо меня, чтобы коснуться одной рукой моей щеки, и я подумал, что она может притянуть меня целоваться прямо там, в фойе, но в последний момент она отстранилась с тоскливым вздохом. — Я хотела хорошо выглядеть для тебя.
Она покраснела, когда я вел ее вниз к машине, и я почувствовал, что глаза буравят меня. Когда я поднял взгляд, то увидел, что Энистон смотрит на меня с любопытным выражением лица, тяжело дыша. Когда она увидела, что я смотрю на нее, она отвернулась, как ни в чем не бывало, и начала разговаривать с Лаурой и Викторией.
Я забрался на водительское сиденье, а мама выступила в роли диджея. Девочки говорили о колледже и драмах, происходящих в их женском сообществе. Мама подслушивала, стараясь не подавать виду. Она всегда интересовалась жизнью Энистон, но обычно не получала много информации. Поездка на озеро была для нее золотой жилой, в то время как меня меньше всего волновало, кто там не моет посуду или не может собрать мокрую одежду в ванной.
Пока я ехал по сельской местности и поднимался в предгорья, я позволил своим мыслям поблуждать. Я постоянно возвращался к своей главной проблеме, и мои глаза то и дело бросались на зеркало заднего вида, и я обнаруживал, что смотрю на свою великолепную сестру. Я не мог быть уверен, но она не выглядела полностью вовлеченной в разговор, как будто что-то было у нее на уме, и каждый раз, когда наши взгляды встречались в зеркале, я замечал, что ее щеки заливает очередной румянец, что было на нее совсем не похоже.
Сексуальное наслаждение